— Но только не сегодня вечером. — Он взял ее под руку и повел из ложи.

Три гвардейца при их появлении вытянулись в струнку — это была личная охрана принца. Ева старалась не замечать этих мер безопасности, чтобы не вспоминать о прошлом. Хотелось думать о пьесе.

— Не могу дождаться, когда появятся отзывы. Алекс, не могли бы мы зайти на минутку за кулисы, я только…

— Не сегодня, — последовал короткий ответ.

В сопровождении гвардейцев, следовавших на почтительном расстоянии, они спустились вниз не по центральной, а по боковой лестнице, но и там были встречены фоторепортерами, которых оттеснила охрана. И не успела Ева опомниться, как они уже сидели в лимузине.

— Как быстро все промелькнуло. — Она откинулась на спинку сиденья. — Мне хотелось, чтобы спектакль длился и длился, хотя я очень волновалась. И еще мне казалось, что все на нас смотрят.

— Тебя это смущало? Ты чувствовала неловкость?

— Немного. Я хочу попросить доктора Франко позволить мне завтра смотреть из боковой кулисы.

— Ты устала?

— Нет. Я чувствую себя прекрасно. — Она улыбнулась и глубоко вздохнула. — Просто великолепно. Наверное, так чувствовала себя Золушка за пять минут до полуночи.

— У тебя есть еще целый час. И я хотел бы провести его с тобой.

— Он твой, до самой последней минуты.

Во дворце было тихо. Он проводил ее наверх, но вместо того чтобы отвести в ее комнаты, повел к себе.

Там был накрыт стол на двоих. Горели свечи в хрустальных подсвечниках. Играла музыка, на этот раз партию вели скрипки, обстановка была романтичной.

— Вот теперь я чувствую себя окончательно Золушкой.

— Я хотел устроить этот ужин в тот день, когда ехал встречать тебя в театр.

Ева подошла к столу и тронула лепестки цветов в низкой хрустальной вазе в центре стола. Повернулась, чувствуя, как волнуется. Александр собирался таким образом объявить, что отношения дальше не могут продолжаться? Нет. Этого не может быть, даже если мужчина — принц.

— Почему?

— Мне показалось, что я лишаю наши отношения романтики, которую ты любишь, и собирался исправить положение. — Он подошел и привлек ее к себе. Его поцелуй впервые после ее ранения был долгим и жадным. — Знаешь, я думал, что могу потерять тебя. — Голос звучал глухо от бури эмоций, захлестнувших Александра, и он взял руки Евы в свои, чтобы спрятать в них лицо. — Я сделал столько ошибок с тех пор, как мы вместе, но ту, самую главную, не забуду никогда…

— Алекс, не надо.

— До конца дней не забуду, как ты заслонила меня собой. — В его голосе было столько боли, столько перенесенного страдания и горечи, что у нее мурашки пошли по коже. — Если бы он убил тебя, разве хотел бы я продолжать жить? Ты для меня — все. Я полюбил тебя с самого первого дня нашей встречи, хотя не понимал, что люблю, потому что не знал ничего о любви.

Он как будто давал клятву. Больше никаких ошибок. Она подарила ему жизнь, и теперь есть причина, чтобы хотеть жить.

— Ты не присядешь? — попросил он.

— Только больше не надо говорить о моем героическом поступке, я этого не вынесу.

— Ева, сядь, прошу.

В его голосе проскользнули нетерпеливые нотки. Ева села и поняла, как устала.

— Кажется, меня не собираются угощать ужином?

— Ты его получишь, но только после того, как я скажу что хотел. — Александр сильно волновался и сделал небольшую паузу, чтобы овладеть собой. И вдруг опустился перед Евой на колено. Ее глаза расширились от изумления. — Помнишь, я говорил, что не стану умолять тебя на коленях? Но сейчас для этого настал подходящий момент. — Он достал из кармана квадратную бархатную коробочку.

— Но, Алекс, ты уже сделал мне подарок сегодня… — Голос Евы дрогнул.

— Это не подарок. Это моя просьба, вернее, это самое большее, о чем я могу просить тебя. Я хотел сделать это раньше, но решился лишь теперь.

Чувствуя, как сильно у нее колотится сердце, она ждала.

Он продолжал:

— И очень боюсь, что жду слишком многого от тебя.

Она нервно стиснула руки:

— Пока не спросишь, ответа не узнаешь.

Он рассмеялся, взял ее руку и распрямил пальцы, сжатые в кулак.

— Но я знаю, что прошу много больше, чем сам могу дать. Я хочу сказать, что, если ты согласна, я постараюсь сделать тебя счастливой.

Он положил на ее ладонь коробочку и застыл в ожидании.

Она вынуждена была сначала перевести дыхание. Сделала глубокий вдох, потом длительный выдох. Ей простительно, она не аристократка и не королевской крови. Вспомнила, как мечтала быть с ним на равных. И вот теперь получила этот шанс.

Открыв коробочку, она увидела кольцо — сапфир в окружении бриллиантов, оно составляло комплект с ожерельем, которое было на ней. Это не подарок, это предложение.