– Что за заклинание?
– настороженно спросил Дамблдор. Он, да и прибывшие с ним Грюм и Снейп, ожидали чего угодно, но только не этого:

– Manumittere de vestrum genus, - сказал Гарри и повернулся лицом к матери, не обращая внимания на пораженный вздох директора.

– Отпустите на волю из рода вашего… - прошептала Лили, переведя заклинание, и зарыдала, упав в руки дочери.

– Прости меня, мама, что оставляю тебя с этим человеком. Я люблю тебя, знай это. Ты тоже, сестренка.
– Он улыбнулся Джейн.
– Я знаю, вы были слегка удивлены, когда я спросил вас, понравились ли вам мои подарки. Еще раз простите меня. Я не отдал вам их в руки, а положил перед дверью. Обе коробочки уничтожил он, - вновь кивок на Джеймса, - на моих глазах. Обещаю, что при первой возможности я вам их подарю.

– А я уничтожу их еще раз!
– Яростно воскликнул Джеймс.
– Не позволю, чтобы мои жена и дочь получали проклятые вещи!

– Проклятые?
– Рассмеялся Гарри.
– С чего ты взял?

– На них были высшие проклятия!
– Уверенно произнес Джеймс, считая, что приструнил бывшего сына, но не тут то было…

– Ага, а определил ты это заклятием Specislis Revilio?
– Ехидненько спросил Гарри.

– Да, а что тут такого?
– Немного опешил Джеймс.

– И все?

– Да.
– Позади него Снейп и Грюм до неприличия громко фыркнули.
– Что?
– Повернулся он к ним.

– Мистер Грюм.
– Позвал Гарри.

– Да?
– Криво усмехнулся аврор.

– Вот скажите, как бывалый вояка, отличный аврор и специалист по темной магии: что бы вы сделали, если бы нашли в свой день рождения подарок под дверью?

– Первым делом наложил бы на него Specislis Revilio.
– Поняв, куда клонит парень, сказал Грюм.

– Заклинание показало, что на предмет наложено несколько Древних заклинаний.
– С усмешкой, смотря на отца, продолжил парень.

Все наблюдали за этой перепалкой и не понимали… разве что Дамблдор, но он молчал.

– Ну, я либо проверю его на наличие темной магии, либо отправлю в аврорат - пусть там разбираются.
– Прокряхтел аврор.

– Ну, вот и ответ, папочка, - последнее слово было произнесено с огромной долей ехидства, - ты применил тогда только два заклятия: Specislis Revilio, и сильнейшее Insendio. А теперь поясню, что там было: там были вещи, с наложенными на них сильнейшими защитными заклятиями. Как ты понимаешь, в Косом переулке таких вещей не продают, поэтому я купил их в одной лавочке в Темном переулке. На них были ТОЛЬКО защитные заклятия, как темной, так и светлой магии. НЕ несущие в себе никакой опасности.

– А позволь поинтересоваться, откуда у тебя такие деньги?
– Самоуверенно спросил Джеймс.

– Вы на каждый день рождения дарили мне что? Правильно - мешочек с деньгами. За три года, что вы мне их давали - я потратил всего несколько галеонов, а все остальное положил в банк, и, на свой страх и риск, вложил в одно дело. Как оказалось - не зря. Прибыль была несколько тысяч галеонов. Перед днем рождения мамы я закрыл счет и купил ей и Джейн подарки. Ты же сжег одним заклинание не только четыре тысячи галеонов - это пустяк, деньги, они приходят и уходят, - ты сжег меня. Мою душу и сердце. Три года я собирал их, что бы сделать приятно маме и сестренке и подарить что-то особенное. Но ты уничтожил все это. Ты, наверное, еще и считаешь, что полностью прав?
– Гарри постучал палочкой по сундуку, и тот уменьшился до размеров спичечной коробки и перекочевал в карман.
– Я тебя огорчу: ты не прав. Ты не был правым никогда, и не прав сейчас. Мама, Джейн, еще раз простите, что оставляю вас. Я буду писать, если будет такая возможность. И ты, - он выразительно посмотрел на отца, - им не помешаешь. Поверь, сказав три слова, я могу просить род изгнать тебя, и если большинство членов этого самого рода в глубине души будут «за» - ты перестанешь быть Поттером.

– Ты не посмеешь… - прошептал Джеймс. Лили наконец вырвалась из его хватки и обняла сына.

– Посмотрим.
– Холодно сказал Гарри и поцеловал мать в лоб.
– Прости, мам.

Затем он поцеловал Джейн, прошел мимо радостного брата, и встал посреди гостиной.

– Ты не сможешь жить один, Гарри.
– Предпринял попытку Дамблдор.

– Я постараюсь, профессор. Но все равно, спасибо за заботу.
– На лице мальчика появилась благодарная улыбка.

– Теперь министерство назначит тебе опекуна, парень.
– Сказал Грюм, похлопав малька по плечу.

– Нет, мистер Грюм.
– Спокойно сказал Гарри, почему-то подняв голову вверх.
– Выйдя из рода Поттеров, я автоматически попадаю под опеку рода Эванс, рода моей матери, но так как они маглы - в мире волшебников я становлюсь отшельником. То есть с меня снимаются все ограничения в возрасте, запреты на колдовство и прочее. Как-нибудь постараюсь выжить, - сказал Гарри, и коротко свистнул.

– Гарри, ты… - не успел директор закончить, как на плече Гарри во вспышке огня появился золотой феникс.

– Привет, малыш… - погладил птицу Гарри.
– До свидания, а кому-то и прощайте!

И мальчик исчез вместе с фениксом, оставив на прощание тепло, повисшее в воздухе, и ало-золотое перо, которое опустилось на пол вместе с пухлым конвертом.

– Чертов черный маг!
– Воскликнул Джеймс, бросившись к жене.
– Успокойся, Лили, он встал на темный путь, и ты его не свернешь оттуда…

– Я бы так не говорил, Джеймс.
– Сурово сказал директор, поднимая конверт с пола.
– Ты совершил чудовищную ошибку. Гарри не темный маг и никогда им не был.