Вот и живи как хочешь, можешь ручки сложить и залечь дожидаться, пока тебя из этого состояния выведут, а можешь побарагозить, раз всё понарошку. Ну или просто аккуратно жить там, куда его судьба забросила. Главное, чтоб он не ошибся с выбором. На этой мысли Денис смачно чихнул, не в подтверждение своей мысли, а потому что слуга встряхнул плащ, почищеный в первом приближении. Пыли хватило на обоих, Микула тоже чихнул вслед за боярином.

Самое грустное, что зеркала в комнате не оказалось. Ближайшее зеркало можно найти на торгу, и будет оно размером с ладонь, а ценой по весу серебра, потому как из этого самого серебра и сделано. Это он уже узнал, естественно от своего ходячего Яндекса, то есть Микулы.

— Так что думаешь, стоит мне к вашему князю Болеславу сходить?

— Это ты сам решай. А я так скажу: ему добрые вои потребны. Да они чай любому князю за пользу. Ежели подойдёшь с вежеством да искусство своё покажешь, князь запросто в дружину позовёт, еще и с уговорами.

Может ну его нафиг, подумалось Денису, может, не надо идти по этому пути? А что, какое-никакое количество золотишка в кармане есть, образно выражаясь по поводу кармана, жить можно и так. Если он помнит про ценность золота на Руси, то на год спокойной жизни точно хватит. Если не отнимут. Вряд ли тут такое насквозь правовое государство, что одиночку с наличностью никто не попытается распотрошить.

С другой стороны, в правовом потрошат еще жёстче. Ловят и начинаются вопросы про паспорт, прописку, гражданство. Потом начинаются налоги, поборы, взятки — это если по бизнесу пройтись захочешь. Причем на выручку придут такие люди, что он них ни кистенём не отмахнуться, ни с пулемётом. В любом правовом государстве запах выручки привлекает таких волчар в погонах или в очках, от которых не спастись. А тут кто ему опасен, тати всякие или князевы люди? Да, тут тоже люди государевы имеются, так что всё ж надо идти к нему, записываться в охранители власти.

— А что ты думаешь, Микула, примет меня нынче князюшка ваш?

— Дык, чего бы ему не принять благородного господина из Задолбании, коли он в терему сейчас. Всё приятнее с незнакомым боярином небось пообщаться, чем челядь свою гонять. Непоседа наш князь, сызмальства непоседа был, а сейчас ногой мается, всё больше дома. Редко когда выезжает по весям удельным, а уж повоевать всласть года полтора не выходит. — Денис аж вздрогнул от такого сочетания слов: «повоевать всласть».

— Ну и пошли тогда, представишь меня ему. Он тебя небось помнит еще, знает?

— А то! Я ж не последний человек был в дружине когда-то. Жалко только злата-серебра не скопил за службу, всё утекало куда-то. Был Микула Остроглаз да вышел, остался Микулька.

— Не прибедняйся. Сил из лука стрелять уже нет, а командовать лучниками наверняка смог бы. — Денис решил, что доброе слово и кошке приятно, а слуга даже лучше кошки, тем более такой бывалый. Если не свистит, конечно.

Шлем и щит тащить на княжье подворье было не с руки, идти без меча — тем более. С непокрытой головой шляться на постоянку тоже. Так что с головным убором надо что-то думать. Денис вытащил из шлема подшлемник, добротный стёганый, чуть ли не шёлком крытый. А чего думать, придётся в нём идти. Повторная попытка аккуратно подвернуть края вверх и закрепить удалась, благо не на ходу он это делал. Головной убор смотрелся слегка тюрбанисто и не по-русски, так он и сам из чужих краёв. Нормально!

Перчатки тоже стоит сейчас надеть, хоть они и тяжелые, усиленные кольчужным плетением, зато солидности добавляют. Когда он покупал эти перчатки в игре, то повозмущался — ну не могут даже кольчужные рукавицы дать достойную защиту кисти, проверено сто раз в клубе, тем более перчатки. Однако ж игровая условность и статус артефакта «легендарного качества» заставил когда-то выбрать именно этот элемент экипировки. У Дениса в эквипе из легендарок имелся только щит и перчатки, всё остальной просто «высокого качества». От быстрого разрушения в бою спасал стартовый навык «ремонт доспехов и оружия», даваемый его классу персонажа. А сейчас имеем что имеем.

На поклон к князю Болеславу отправились засветло, то есть до вечера было еще далеко. Про пропускной режим в детинце, если этот комплекс жилых зданий и оборонительных сооружений так можно назвать, никто не слышал. Пропусков не спросили, паспорта тоже, да и спрашивать было некому — на входе никто не стоял. А ведь по его мнению, без этого штриха никак не обойтись, не получится убедительной картинки.

Денис вспомнил многочисленные виденные ранее фильмы про всяких князей и прочих правителей, везде были стражники с копьями и прочими алебардами. На худой конец у входа ставили красноармейцев с длинными винтовками и примкнутыми к ним штыками. Причем, в кинофильмах про восемнадцатый-девятнадцатый век эти винтовки были однозарядными кремнёвыми карамультуками. Какая польза в коридорах власти от копий и трёхлинеек, Денис не понимал никогда. Тут сподручнее абордажный короткий тесак, топорик или револьвер. Но режиссёры упрямо ставили у дверей высокородных особ пикинёров или штыковладельцев, руководствуясь подсказками историков. Может, это психологическая потребность такая, чтоб тебя охраняли типы с самыми длинными дрынами. Может, одного грозного вида достаточно для безопасности?

На второй поверх поднялись как к себе домой, и только там посетители были остановлены непонятным шнырём, до того валявшимся на лавке. Увидев их, мужчинка подскочил, принял товарный вид и важно так изрёк:

— По какой такой надобности явились, кто такие, как звать, какое дело к князю? — А сам спиной прикрывает дверь в соседнее помещение, типа весь из себя телохранитель последнего рубежа, ближний круг, так сказать.

— Боярин Денис Задолбанский желает поклониться князю Болеславу Изяславовичу!