Ардан медленно повернулся вокруг своей оси, безуспешно высматривая источник звука. Коридор уходил в темноту в обе стороны, и никого, кроме самого юноши, поблизости так и не обнаружилось.

— Допустим, — спокойно отозвался Ардан, не позволяя голосу услышать в своем тоне ни единой нотки тревоги. — И кого же именно ты так долго ждал?

— Одного из Эан’Хане, — почти ласково протянул голос. — Или, на худой конец, Говорящего. Я был бы согласен на любого из двоих. И вот ты здесь, у меня в гостях. Теперь, наконец, все изменится. Теперь я наконец освобожусь.

— Освободишься, — медленно повторил за ним Ардан. — Освободишься от чего?

— Это тебя совершенно не касается, кровь Арора… Пока не касается, — отрезал голос, внутри которого прорезались металлические нотки. — Всему свое время и свой час, Говорящий. Сначала тебе придется доказать, что ты и впрямь стоишь моего долгого ожидания.

— А если откажусь? — спокойно уточнил юноша.

Не то, чтобы он не нервничал, но если это магия древнего Эан’Хане или нечто демонические, то последнее, что советовали свитки Атта’нха — поддаваться эмоциям. Подобные башни всегда защищали чарами, но, как и в любой сфере, в искусстве Эан’Хане тех времен существовало понятие моды.

И верхом шика считалось защитить свои владения таким образом, чтобы дать не прошенному гостю иллюзию шанса на спасение. А уж вершиной мастерства, спрятать под данной иллюзией действительно возможность избежать неприятной участи.

Логики в подобном, как и в целом в моде, не прослеживалось, но Ардан не собирался спорить. Тем более с заклинаниями, служашими в качестве компании древнему мертвецу.

— Тогда ты просто останешься здесь навеки, — равнодушно пообещал голос. — Со всеми прочими, кто не сумел добраться до конца. Их тут, поверь мне, о кровь Арора, накопилось предостаточно.

Юноша подошел к ближайшей стене и провел по ней ладонью. Камень на ощупь показался ему гладким, холодным и совершенно цельным. Без единого шва или щели, в которую можно было бы хоть что-то просунуть. Ардан надавил плечом сначала на одну стену, потом на другую, попробовал на ощупь отыскать хоть какой-нибудь рычаг или скрытый замок, но все впустую. Он оказался заперт в глухом каменном рукаве с одной единственной тропой — вперед, в непроглядный мрак коридора.

— Можешь не тратить впустую силы, смертный, — равнодушно посоветовал ему голос. — Назад дороги нет. Ее и не было. Видишь ли, когда-то давно Королева Зимы закопала это место очень глубоко под землю. Засыпала, запечатала и придавила сверху целой горой, чтобы уж точно никто и никогда не сумел нарушить мое заточение. А смертные наверху, эти твои суетливые муравьи, всего лишь поскребли по самой макушке моих владений. Они и не догадываются, как глубоко все на самом деле уходит.

Ардан тихо, сквозь зубы, выдохнул и устало прикрыл глаза. Его куда больше утомляла архаичная манера выражаться бесплотного голоса, чем весьма менторская интонация.

Спящие Духи… оказаться в башне, которая все еще хранила в себе чары Эан’Хане?

Разумеется, иначе и быть не могло. В глубине души юноша даже почти не удивился такому повороту событий. Стоило ему хотя бы один-единственный раз в жизни позволить себе нормальный, спокойный отпуск, как этот самый отпуск тут же обернулся сомнительным приключением. Море, теплые пальмы, прохладный лимонад, любимая жена под боком, и вот тебе, пожалуйста, непроницаемый каменный мешок где-то в самой глубине под землей.

Приключения, как известно, порой отыскивали Арди вполне самостоятельно, без всякого с его стороны приглашения. И, видимо, не делали исключений даже для законного отпуска. Где-то там, на жарком побережье, профессор Конвелл сейчас наверняка преспокойно наслаждался видом залива и даже не подозревал, в какую очередную нелепую историю умудрился вляпаться его незадачливый студент.

— Хорошо, — Ардан открыл глаза и произнес все тем же ровным, как он надеялся, тоном. — Что с моей женой? И с остальными людьми наверху?

— Они мне совершенно неинтересны, — в голосе послышалась явная скука. — Зачем мне толпа пусть и причудливо одетых, но таких прозаичных смертных? Твоя рыжая певица сейчас стоит там, наверху, у пустой стены, и недоуменно моргает. Для нее ты всего лишь на миг отвлекся. Время в моих владениях течет совсем иначе.

Ардан чуть прищурился. Откуда голос, созданный чарами, мог знать о том, что Тесс певица? А еще, несмотря на все воистину сказочные возможности искусства — никто не мог повелевать временем и…

'— Вы ведь считали уравнения Паарлакса, Ард…

— Считал…

— Значит вы видели, что они сохраняют симметрию на обоих векторах времени…'

Ардан отогнал от себя неуместные воспоминания. Но в одном он был в данный момент уверен — вряд ли у чар хватало сил, чтобы захватить в свои сети сразу несколько сознаний. Иначе бы археологи и вовсе никогда не попали бы внутрь башни. Или бы, если и смогли пробраться внутрь, тут бы и остались. А раз так, то Тесс действительно ничто не грозит, и получается, что, по большому счету, было пока не о чем. С остальным же он как-нибудь разберется.