– Поздно уже, – снова заговорил Матвей, вставая. – Пойду я.

– Точнее сказать, – профессор взглянул на часы, – рано, пошёл шестой час утра. Так что же вы решили? – в голосе профессора зазвучала надежда.

– Попробую, – неуверенно согласился Матвей, – Я уже пообещал кафедре ботаники гербарий привезти.

– Опять за своё! – всплеснул руками профессор. – Сдаюсь! Я кое-что сейчас вам покажу, но, если и это не убедит, обещайте хранить тайну, а лучше всего – обещайте сразу забыть. Отнесите меня к сумасшедшим старикам, и больше на эту тему ни оброним ни слова. Обещаете?

– Обещаю, – с иронией в голосе произнёс Матвей и пристально всмотрелся в лицо профессора. Молодому человеку почудилось, – профессор и правда спятил.

Сергей Александрович скрылся в комнате. Оттуда послышался тихий разговор супругов, грозящий перерасти в небольшую перебранку. Матвей отчётливо слышал, как в этот раз сопротивлялась решению мужа Раиса Ивановна.

– Если покажешь – это перестанет быть тайной, – бубнила она недовольно. – Ты уверен в нём? Тебе мало за всю жизнь шишек? Хочешь на старости лет загреметь туда, откуда не возвращаются?

Матвея обидели слова Раисы Ивановны, и он нетерпеливо заёрзал на стуле, но не мог уйти, не дождавшись возвращения наставника.

– Всю предысторию, – едва появившись, начал с порога профессор, – разумеется, вы знаете… – он замялся; тень сомнения в правильности того, что он собирается сделать, мелькнула на его лице, и он потерял нить о чём собирался рассказать, но в этот момент за его спиной появилась супруга, и это обстоятельство подтолкнуло профессора действовать решительно. – Вот, – он выставил на обозрение светло-коричневый кусок пергамента, отрезая себе дорогу назад. – Это страница из «Жёлтого императора», – профессор снова замялся. Матвей видел – слова даются ему с неимоверным усилием, волнение перехлёстывает. – Я вырвал её тогда. Улучил момент и вырвал. Хотел всю книгу… но не получилось.

– Это рукописный текст, – Матвей разглядывал пергамент. – Вы пробовали перевести, что тут написано?

– Нет, иначе я сразу бы себя обнаружил. Сорок лет храню его и не знаю, что тут написано. Но я изучил много старинных книг Китая и Индии. Хотел самостоятельно попробовать прочитать. Не получилось. Могу с уверенностью утверждать – написано древней письменностью. Так уже не пишут. Кроме некоторых букв. Эх! – воскликнул с сожалением профессор. – Если бы древние владели недавним изобретением человечества – книгопечатанием, – их уникальные знания горели бы повсюду! Но, увы, до нас дошли лишь отдельные списки, и то переписанные благодарными потомками, которые ценятся на вес золота. Матвей улыбнулся – последняя фраза адресовалась и ему.

– Сергей Александрович! – с задорной иронией в голосе, воскликнул Матвей. – Ещё час назад кто-то меня уличал в неблаговидных поступках.

– Не в неблаговидных поступках, – лукаво сощурившись, возразил профессор, – а в том, чтобы вы не позволяли себя бить по голове.

– А воровать, значит, можно?

– Знаете что, молодой человек? – выкрикнула, выступая из-за спины супруга Раиса Ивановна и тут же прошипела мужу: – Не хватало, чтобы тебя обвинили в воровстве. Как тебе не стыдно Матвей, – и она шмыгнула носом, готовая расплакаться.

– Раи-ичка! Ступай спать, – с раздражением в голосе, прервал жену профессор. – Мы сами разберёмся.

– Извините, Раиса Ивановна, – поспешил извиниться Матвей.

– Он извинился, – протянул профессор, разворачивая супругу под локоть в сторону комнаты. – Иди спать.

Мужчины остались в кухне одни и ещё долго шептались, строя планы на поездку Матвея. Решено было от гербария не отказываться, а даже извлечь из этого процесса максимальную пользу. Сбор гербария может послужить хорошим поводом пообщаться на тему лекарственных растений.

– Правильно! – воскликнул радостно профессор. – Сбор гербария – это будет ваша легенда!

На том и попрощались. Условившись ещё раз встретиться накануне отъезда.

Поёживаясь от утренней прохлады, Матвей шёл в общежитие, чтобы собрать тетради с лекциями. Сегодня у него были консультации к предстоящему первому сессионному экзамену.

Глава вторая

Тень генерала за спиной

Матвей выскочил из общежития и быстрым шагом направился к остановке троллейбуса. Он сдал успешно сессию и теперь готовился к отъезду на Тянь-Шань. Пробежал по магазинам за продуктами, сходил в клуб к альпинистам и подправил своё снаряжение, подлатал палатку, запасся сухим горючим и бензином для примуса «Шмель». Долго проверял паяльную лампу и хорошо ли работает у неё пусковой клапан. Оставшись довольным, всё уложил в рюкзак. По дороге ему дважды перерезала дорогу чёрная волга, проезжая почти вплотную. Во второй раз, едва не угодив под её колёса, молодой человек отвесил крепкое словцо в адрес водителя-недотёпы. Машина тут же остановилась, и из неё вышли двое в штатском.

– Как ваше имя? – поинтересовался один из них, медленно приближаясь к Матвею.

– Ездить надо правильно! – разозлился Матвей, но в целях предосторожности сделал несколько шагов назад. – Имя моё подавай! Здесь пешая зона. Студенческий городок.

– Я задал вопрос. Имя?

– Не ваше дело, – огрызнулся Матвей, собираясь обойти незнакомцев, но те преградили дорогу.

– Николай, бери его, – предложил коллеге тот, что оставался у машины. – Не сомневайся это он.

– Матвей Шпагин? – его коллега не спешил «брать» молодого человека.