– Да… Она тоже поняла, что я болен…

Этот период был самый плохой в нашей с тобой истории, потому что с этого дня на фоне своей болезни я начал вести себя хуже всего, не считаясь с твоими чувствами и ты много плакала из-за меня. За это, конечно, прости.

– Вы начали встречаться? – удивлённо спросила меня Дарьяна Дмитриевна. – Ты сдался?

– Нет, увы. Она, наверно, подумала, что так и будет, но я сказал ей, что мы теперь близкие друзья.

Психиатр закатила глаза к потолку и, делая глоток виски, спросила:

– Прости, я знаю оленей только северных и благородных, и мне сложно определить, который из них ты! Переспать с девушкой, которая в тебя влюблена, чтобы стать ей близким другом?? Сергей, ты в своём уме вообще был?!

– Она была в сногсшибательном облегающем платье и я не мог на такую красоту просто смотреть… Загорелся на миг, но ощущений не было почти никаких даже от оргазма.

Осознавать и признаваться в таком перед этой девушкой, хоть и врачом, для меня было просто позором! Именно после того порыва страсти я понял, что болен. Ни к чему было говорить тебе, что мы пара: ты будешь только расстраиваться, а я снова и снова буду падать в своих глазах, как мужчина… Помню, как ты меня успокаивала и вселяла эту бессмертную надежду, что всё наладится. И я тебе верил. Без твоей поддержки мне было бы куда хуже.

Неожиданно для меня Дарьяна Дмитриевна перевела тему:

– А как твоя работа над самооценкой?

Я сделал глоток виски, съел пару ягод красного винограда, который принёс к столу, и ответил:

– Без неё я ничего не мог делать, поэтому, когда она предала меня, работа над собой закончилась. Я старался только для неё. Сам себе я не нужен никаким… Продолжим чтение или я пойду с дневником домой?

После такого позора мне хотелось покинуть кабинет как можно быстрее. Но психиатр не позволила, ответив бодренько:

– Нет, останься. Мне интересно, как должен был выглядеть “Москвич” твоего разума после психологического тюнинга!

“ 29 февраля 20**

Неисчерпаемо количество причинённой тобой боли… И, проживая свой злополучный День Рождения в который раз, я задаюсь вопросом: за что?.. Чем я заслужила такое отношение с твоей стороны?..

Если б только могла я знать в тот день, что ты задумал, то никуда бы не пошла… Не позволила бы поздравлять себя, не пошла в кафе с тобой… Но я радовалась, не чувствуя предстоящего мне горя…

Кто утешит меня теперь после того, что ты сделал? Кто даст собраться из разбитого в единое целое? Ты знал, что этот день для меня годами, как проклятый, и сделал его ещё хуже!..

После ужина в кафе и фильма, после бутылки хорошего шампанского и твоего восхищения, после постели и твоей улыбки меня ожидало горькое послевкусие твоей идеи. Ты сказал: “Я думаю, что на этом наша история закончена и нам лучше не общаться.”

Мой мир просто рухнул за секунды!.. И я начала искать в себе причины, но не могла их найти, и, наконец, задала тебе вопрос:

– За что ты так со мной?

– Ты меня просто бесишь. Пожалуйста, уходи из моей жизни, – твоё лицо было холодным.

Я предложила поговорить, но разговор был нужен только мне… Наконец, ты сказал:”Этот секс без ощущений для меня просто пытка! Такая же, как общение с тобой, поэтому проваливай! Я думал, что ты изменишь что-то в моей жизни, но в ней ничего не поменялось. Напрасное знакомство и деньги в течение двух месяцев на ветер! Убирайся!”

Всё! .. Я выбежала из твоей квартиры, едва накинув свой полушубок и задыхаясь от слёз. И можно было тебя не ждать: ты не проводил меня даже взглядом, не вышел на балкон, не позвонил… Я верила, что ты оттаешь, но время шло, от тебя не было ни весточки.

Вспоминая о твоей гордыне, я поняла, что сам ты мириться не станешь: подобное было неоднократно и до меня с другими девушками, которые с тобой общались. И я решила, что Пятый Шаг – это Научить Примирению.

Упрямиться можно долго. Я не знаю, что стало причиной такого твоего поведения, а возможно, глупа и не могу этого понять. Мириться первым идёт не всегда обидчик – зачастую это делает тот, кому отношения важнее обид. Чтож, посмотрим, насколько велика твоя гордыня.

Я позвонила, но на мой звонок ты не ответил. Я написала – ты по-прежнему молчал. Остаётся лишь один выход: я пойду за тобой на работу.” – дочитали мы следующую твою запись в дневнике.