Искатель, 2011 №5 - Юдин Александр Валентинович, Ранюк Денис, «Искатель» Журнал, Ивахненко Андрей

— Она называла вам фамилию мужчины? Я хочу узнать, как вы догадались, о ком идет речь?

— Нет, не называла. Она вошла, прямо с порога спросила: «Мой муж к вам не заходил?» Сразу его описала, обстоятельно так. Я уточнила: «Тимур Джоев?» — и женщина кивнула.

Я поднялся.

— Спасибо, Людмила Прокопьевна, что уделили мне время. Будьте любезны, вашу визитную карточку, на всякий случай.

— Да, пожалуйста. Ой, постойте-ка!.. А я ведь вам не говорила, как меня зовут.

К счастью, я вовремя нашел возможность объяснить:

— А мне Дубровин сказал, — я ткнул пальцем в телефон. — Когда мы с ним разговаривали.

Выходит, подозрительная неизвестная так же, как и я, раскусила трюк Джоева. Что ж, мисс Игрек, весьма похвально! Однако тут нарисовался один существенный нюансик: вы следили за человеком, фамилии которого не знали. О чем это говорит? О том, возможно, что вы знали его под другой фамилией и знали, что Джоев может пользоваться чужим паспортом, раз не назвали Рязановой ту, первую, фамилию своего объекта. И как, например, вы выяснили, каким рейсом Джоев прилетает, если об этом не знала даже Белецкая? Значит, теперь мне есть чем заняться на досуге — думать, думать и думать. Похоже, господин Джоев, за вами числится некий грешок, коли события разворачиваются в данном ключе...

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Хвост за собой я заметил минут через десять. Я успел проскочить на зеленый и в зеркальце увидел, как бежевая «пятерка», в нарушение всех ПДД, выскочила на перекресток и чуть ли не уткнулась в мой задний бампер. Через секунду, правда, водитель «Жигулей» сбросил газ, но всю дорогу не отставал от меня далее чем на две-три машины.

Я достал телефон, позвонил на мобильный своему старинному приятелю.

— Подполковник Брисеньков? Здравствуй, Володя, Панин беспокоит.

— Ох! — выдохнула трубка. — Кого я слышу! Самого товарища... большой пардон, самого господина Панина — виртуоза приватных дознаний. Как дела, коммерсант?

— Плохо, Вова, хвост за мной. Уже второй день никак не отвяжется. Пробил бы ты номерки по старой дружбе, а?

— Почему номерки? Разве он не один?

— Они, черти, за мной по очереди мотаются. Это прямо как прием-передача вахты. Бежевая «пятерка», — я еще раз бросил взгляд в зеркальце и сообщил Брисенькову номер, — и темносиний «Фольксваген-Гольф», — быстро достав блокнот, я продиктовал ему номер, который называл мне Семен. — Выручишь?

— Прости, Ваня, быстро не обещаю. Знаешь, где ты меня застал? Ванну я принимаю, в отпуске сейчас. Завтра с утра тебя устроит?

— А, например, сегодня вечером — никак?

— Ну, ты борзеешь, плесень! — добродушно рассмеялся Брисеньков. — Сегодня не получится, Ванек, извини. Завтра у меня первый рабочий день, и с утра я тебе позвоню. Ты ведь не думаешь, что они мотаются за тобой два дня для того, чтобы убить?

— Вряд ли. Хотели бы убить — убили бы сразу.

— Ну, тогда отбой, капитан?

— Отбой, Володя.

Я остановился в зоне действия знака «Остановка запрещена». Включил аварийные огни, вышел из машины, поднял капот. Для виду озабоченно почесал макушку. «Жигули» промчались мимо и свернули на следующем повороте. Разглядеть что-либо в салоне «пятерки» не удалось, поскольку стекла ее были густо тонированы.

Исходя из краткой цепи размышлений, я пришел к выводу, что мои филеры объедут квартал, а через несколько минут снова окажутся позади меня. Поэтому я мгновенно захлопнул капот, прыгнул за руль и тут же нырнул в ближайшую подворотню. Уже через четверть часа я выезжал на широкий проспект, где аккуратно, не нарушая правил, влился в мощный автомобильный поток.

После я затратил немало времени, прежде чем, собрав на своем пути неимоверное количество светофоров и пробок, прибыл по адресу, который получил в фирме «Уют плюс».

Абдуллаев в раздражении швырнул вилку в пустую тарелку.

— Э, что это, а?! Уже сутки мы в этом городе, и ничего. Пусто, кругом пусто! Этого нет, того нет. Где вообще мы? Что это — Ясноволжск?! Где это? Конец географии, вот что это такое! — И чтобы придать хоть какой-то вес своей тираде, он в заключение грубо выругался на родном аварском наречии.

Подошла официантка с подносом, собрала со стола пустую посуду. Когда девушка ушла, Чермоев негромко его одернул:

— Не шуми. Ты знаешь, зачем мы здесь, поэтому не шуми. Вот когда убьем их обоих, можешь кричать, сколько захочешь, а пока не привлекай внимания.

Абдуллаев оглядел всю компанию. Они сидели вчетвером в этом кафе, больше посетителей не было. С невероятными трудностями они попали в этот город, и уже больше суток их дело не двигается с мертвой точки: не было оружия, не было транспорта, не было необходимой информации о местонахождении Коцоева.