Мир Волости встретил его крайне неприветливо. Дробный холодный дождь раздражал, несмотря на защитный костюм. Сливающаяся с кожей прозрачная оболочка из псеноцелулоида спасала от инфекций и местного гнуса, но была слишком тонкой, дабы быть незаметной и не вызывать чувства отчуждения у местных аборигенов, поэтому перепады температуры в ней ощущались очень хорошо. Да и сильный удар топора или тяжелого меча из сверхпрочной стали смог бы ее разрубить.

Бузыкин опасливо покосился на тяжелую секиру, висевшую на поясе встречавшего его темпа с квадратной челюстью. Тот выглядел мрачным и неприятным. Долго изучал вверительные грамоты вновь прибывшего(Виталия прислали якобы временно, на замену Эрику Бьернсену), достал карманный сканер и сунул его чуть ли не в глаза землянину (тот поразился: ничего себе отсталая техника!). Затем угрюмый тип коротко кивнул и на довольно приличном общем велел идти за собой.

Поселили следователя в жалком, чудом уцелевшем домишке привратника на территории разгромленной миссии. От здания, в котором жили погибшие, остались лишь обгоревшие руины.

Сопровождавший холодно оповестил Виталия, что Великий Магистр примет его через несколько дней, точной даты пока неизвестно. А доселе мениру Бузыкину нельзя отходит от его обиталища более, чем на десять шагов в любую сторону. До пепелища, понятно, было гораздо дальше.

Несмотря на усталость, Бузыкину в эту ночь не спалось. Деятельная натура следователя искала выход из сложной ситуации. Навороченый карманный детектор показал, что "жучков" в домике не водилось, но на все окна и двери была поставлена сигнализация, отключение которой тоже сработало бы, как сигнал. Распахнуть можно было только маленькую форточку, через которую человек разве что высунул бы наружу голову.

Впрочем, последнее касалось обычных людей. Темпы даже не подозревали о ниндзеискусстве. А ему уделялось немало времени во время обучения на факультете, готовившем спецназовцев по борьбе с террором из Иноземья. В этом подразделении и начиналась служба Бузыкина.

Посуставное раскурочивание своего тела заняло у Виталия немало времени, но ему это было не впервой. Высвобождая кости из суставов, он делал свое тело неимоверно гибким и ,подобно змее, мог пролезть в любое отверстие, главное, чтобы прошла голова.

Ближе к полуночи следователь уже осматривал пепелище через очки ночного видения, замаскированные под обычные солнцезащитные. Следов было множество. По большей части они были оставлены людьми и какими-то животными из семейства собачьих. Но на земле участка вокруг здания виднелись глубокие треугольные отпечатки. Казалось, что по территории ступало нечто четвероногое с громоздкими утюгами вместо лап. Неужели темпы, наконец, преодолели свое отвращение к роботехнике?

Внезапно, когда он ползал по обгоревшим половицам дома, пальцы нащупали под слоем пепла обрывок бумаги. Виталий не стал рассматривать грозящую рассыпаться страничку. Только сбрызнул ее фиксирующим раствором и сунул в потайной мешок телесного цвета на животе под псвевдокожей. А вот черепок, найденный в раскуроченном кейсе, привлек его внимание примитивным, но выразительным рисунком. Вооруженый палкой мощный уродливый гуманоид сражался с крестоносцем, закованным в латы. Бузыкин знал, что до прибытия на эту планету тамплиеры побывали на многих мирах, но свой фольклор они держали в тайне. И вот внезапно он обнаружил, что и у них существовали легенды и мифы.

Глиняный осколок спрятать было сложнее. Пришлось соорудить на животе нечто вроде внутренней подушки, в которую он и поместил находку. Это сразу визуально прибавило Виталию несколько килограммов. Но Бузыкину было не того, чтобы щеголять здесь красотою телосложения. Он только подумал, что это слегка замедлит процесс проникновения обратно в нынешнее жилище. Придется извлекать этот предмет, отдельно пребрасывать его через форточку, затем пролазить самому и опять прятать находку на собственном теле. Но делать этого ему так и не довелось.

Тяжелый удар по голове полностью "вырубил" непоседливого криминалиста. Очнулся он в мрачной комнате. Свет с трудом проникал через цветные витражи с изображением костров вокруг столбов, на которых корчились люди в белых колпаках.

– Итак, здесь существует инквизиция, - изумился Виталий.

– Вижу вас напугали старинные витржи, - заметил мягкий голос.

Тонкокостный изящный человек в темной мантии с нашитым на нее белым крестом смотрел на него внимательно и участливо.

– Я не из пугливых, - вежливо, но с нажимом ответил землянин, - однако думал, что инквизиция - давно пройденный этап в истории человечества.

Тамплиер доброжелательно улыбнулся и терпеливо, как малому ребенку, объяснил:

– Глубокое заблуждение полагать, что у всего человечества единая история, ибо, во-первых, наука эта - большая ветренница, каждый народ толковал события по-своему, что-то выпячивая, о чем-то умалчивая... Во-вторых, нашим предкам до Обретения Родины на Волсти пришлось немало странствовать по Галактике. То, с чем они тогда столкнулись, лишь укрепило их в вере и желании противостоять нечисти. Кстати, территории, освоенные современным Галактическим сообществом, - лишь малая часть того, что обозрели они тогда. Вы, с присущим технократам высокомерием, считаете наш мир отсталым. А нам известно, что цивилизация, которая зиждется на технике и так называемых научных достижениях, во многих отношениях слепа и глуха. Для нее закрыт эзотерический мир тонких материй, порождающий, как ангелов, так и бесов.

Бузыкину не впервые приходилось слышать нечто подобное, но никогда еще это не преподносилось в такой вот деликатно-вкрадчивой очень доверительной манере. Его собеседник очевидно был отличным эмпатом, он мелодично засмеялся:

– Не тревожьтесь, я вовсе не пытаюсь обратить вас в нашу веру с помощью гипноза. Мне кажется, просто вам стоит немного ближе познакомиться с нами, чтобы составить о мире Волсти непредвзятое представление. Поэтому отдохните, еду вам подадут через час. А мне хотелось бы пригласить вас поучаствовать в охоте, которая состоится завтра. Надеюсь, вы увидите кое-что из того, что обосновывает многие аспекты нашей жизни, не всегда понятные инопланетянам.