Annotation
Я жил, никому не мешал, а теперь вижу гоблинов, эльфов, чудовищ, и ещё дома поселилась красивая эльфийка... Помог, называется, «бабушке»!
Эльфийский маскарад
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Эльфийский маскарад
Глава 1
Таблица сверки не сходилась на восемь тысяч триста рублей. Для нашей конторы деньги смешные, а поставщик из Челябинска бился за них вторую неделю и требовал акт. Такая канитель у нас каждый месяц. Задвоится счёт, потеряется между складами коробка фитингов, а разбираться идут к закупщику, потому что закупщик — это я.
Второй час я ползал по строчкам, дошёл до середины октября и вроде бы нащупал место, где эти деньги провалились. Тут на таблицу легла тень.
— Тихонов. — Элина Викторовна остановилась у моего стола, и в отделе как-то сразу стало тише. — Где сверка по «Уралтрубе»?
— Почти готова. — Начальницу у нас боялись всем этажом, а я почему-то нет, за что и ходил в героях чужих сплетен. — Расхождение чуть больше восьми тысяч, ищу, где потерялись.
— Ищите быстрее. Завтра жду строго к девяти и без опозданий. — У стола она задержалась на пару секунд дольше, чем требовалось. — К девяти утра, Тихонов, не к обеду.
Каблуки простучали до стеклянного кабинета. Дверь она прикрыла тихо, и легче от этого никому не стало. Отдел хором выдохнул. Красивая, конечно. Кто бы спорил.
— Живой? — сочувственно спросил Витёк с соседнего стола. — Смотри, Тихоня, доведёт она тебя до язвы.
— Работа прикончит раньше, — ответил я и полез обратно в таблицу.
Дыра нашлась к семи. Логисты провели одну накладную дважды, а исправлять оставили тем, кто заметит. Скрины, письмо на четыре строчки без единого лишнего слова, сверка. Отправил, откинулся на спинку и посмотрел, как цифры сходятся. До копейки. Полминуты чистого удовольствия — и домой.
За окном темнело уже с четырёх. Мокрый снег шёл третий день подряд и не собирался прекращаться.
В трамвае мне досталось место у окна. Стекло дребезжало так, что лоб не прислонишь, а печка снизу жарила в ноги: сверху холодно, снизу горячо, обычное дело. Пахло сырыми куртками. Кто-то в середине вагона вёз шаурму, и об этом знал весь вагон.
«Шестьсот сорок тысяч рублей, — привычно подумал я, в очередной раз проверив банковское приложение. — К весне дотяну до восьмисот, а это уже нормальный первый взнос на однушку у депо, если банк не поднимет ставку и если ничего не случится. Своя квартира в двадцать семь — достижение, осталось дожить до весны и не удавиться от тёмных вечеров. Ненавижу зимы!»
У дома завернул в «Пятёрочку», взял хлеб, две пачки пельменей и кефир на утро, стратегический запас холостяка.
— Опять пельмени, Сашенька? — Зинаида, кассирша, пристально посмотрела на меня поверх очков, как умеют только женщины за сорок, привыкшие командовать кучей младших братьев. — Ох, ты бы хоть курицу взял, бульон себе сварил, одна сухомятка! Совсем себя не бережёшь.
— Берегу, тёть Зин, вот, кефир взял. В нём полезные бифидобактерии.
— Кефир он взял, кормилец! — Она пробила чек и махнула рукой. — Иди уже. На вот ещё один пакет, а то этот тонкий, порвётся.
— Спасибо, тёть Зин. — Я переложил покупки в новый пакет, а старый сунул в карман.
От магазина до подъезда мне оставалось пройти всего-то два двора. У остановки толпился народ с вечерних маршруток, и все аккуратно обруливали что-то на тротуаре, не поворачивая головы. Я тоже собирался проскользнуть мимо.
На коленях в снежной каше стояла старушка и собирала яблоки. Пакет у неё лопнул по шву, и яблоки раскатились по всей луже. Тянулась она за каждым отдельно, долго, а народ обходил её по дуге и не притормаживал. Маленькая, в сером платке. На таких у нас взгляд не задерживается.
— Не моё дело, — сказал я себе и отвернулся. Дома ждали пельмени, а утром надо было явиться к начальнице ровно в девять. Шага два я даже прошёл.
Да чтоб вас всех! Вернулся, присел на корточки и полез вылавливать яблоки из лужи.
— Спасибо, милок, — сказала старушка тихо. — Руки совсем не те стали.
— Бывает. — Я вытащил лишний пакет и сложил в него мокрые яблоки. — Держите.
Поднималась она долго, с кряхтением, и уже на ногах вцепилась в мой рукав. Пальцы у неё были сухие и ледяные, я их почувствовал через куртку.