Дед в режиме антидемона
Глава 1
Люминесцентные лампы под потолком нервно моргали и электрически потрескивали, а от покрытых металлом стен помещения отражались крики Ивана:
— Все сюда! Здесь Зверев! Его разыскивает тайная канцелярия! Я поймал его!
— Заткнись, иуда! — вскричала побагровевшая от ярости Мария, сжав пальцы в кулаки.
А я не стал попусту сотрясать воздух и сразу взялся за дело. Рванул к брюнету, пятящемуся к стене. Он вдруг с перекошенной от ярости физиономией вскинул автомат и нажал на спусковой крючок. Оружие предсказуемо сухо щёлкнуло.
— Идиот, ты все патроны потратил в Лабиринте! — на одном дыхании отбарабанил я и с наслаждением отправил кулак на сближение с его побледневшей физиономией.
Костяшки угодили точно в нос парню, сломав его с отчётливым хрустом. Кровь рванула из ноздрей, заливая губы и капая с подбородка. А сам Рассказов щёлкнул зубами, завалился на стену и сполз по ней, потеряв сознание.
Конечно, он легко отделался. Наверное, даже ангелы на небесах сейчас требовали для него большего наказания. Однако у меня не было времени разбираться с ним. Может, когда-нибудь потом… а сейчас заскрежетали петли массивной металлической двери.
Она открылась, пропустив внутрь двух взбудораженных служивых средних лет. Оба непонимающе хлопали зенками, держа автоматы наготове.
Если выстрелят, я не успею защититься. У меня всего одна душа в «клетке». Да и сражаться с ними не вариант. Ежели случайно убью кого-то, моё положение сильно осложнится.
— Руки вверх! — выпалил один, лихорадочно дыша.
Я, естественно, имел совершенно другие планы на ближайшее будущее — быстро цапнул автомат Ивана, запрыгнул за спину Марии и приставил к её спине ствол.
— Оружие на пол, иначе пристрелю её! — грубо выхаркнул я, скаля зубы, как настоящий злодей.
— Делайте, как он говорит, или мой папенька накажет вас! — жалобно протараторила блондинка, великолепно подыгрывая мне.
Парочка служивых переглянулась, не торопясь выполнять мой приказ.
— Живо! — выпалил я, чувствуя, как натянулись нервы.
Мужчины с металлическим стуком всё же бросили оружие и отошли к стене.
А я, прижимая одной рукой Марию к себе, выбрался из помещения и быстро закрыл дверь на металлический засов.
— И что дальше? — жарко просипела мне в ухо девушка, чьё разгорячённое молодое тело жгло моё через её одежду.
— Действуем так же, — ответил я и быстро двинулся по коридору, где на стенах висели давно побледневшие плакаты, рассказывающие, как нужно себя вести в Лабиринте.
Внезапно под потолком засветились красные лампы и завыла сирена, но тут же заглохла. Видимо, сломалась.
— Здесь всё давно пришло в негодность, — выдохнула блондинка, глядя, как я открываю очередную металлическую дверь, украшенную ржавчиной.
Мы вышли в зал ожидания. Тут висело неработающее табло, а у стен стояли продавленные красные кресла, какие бывают в школьных актовых залах. Возле выхода примостился чахлый фикус в кадке. Казалось, что он всеми силами пытался сбежать отсюда, каждую ночь, пока никто не видит, потихоньку двигаясь к двери.
Сейчас возле неё топталась троица бледных, потеющих от волнения бойцов в помятой чёрной форме и берцах. Они явно впервые столкнулись с нештатной ситуацией. Привыкли, что в их болоте самое большое происшествие — это чирей на заднице начальства. И этим они были даже опаснее… Вдруг сдуру кто-то выстрелит? Или от нервов?
— Оружие на пол и отпусти заложницу! — выкрикнул один из троицы давшим петуха голосом, направив на меня «калашников».
Ствол мелко подрагивал, ходя из стороны в сторону.
— С дороги, придурки! Я отпущу заложницу, как только выйду отсюда! — выпалил я, прикидывая, что каждая минута промедления грозит появлением полиции, а то и спецназа. Служивые же наверняка кого-то вызвали.
— Ты не пройдёшь! — решительно тряхнул длинной седой бородой лысый старик, который, наверное, ещё вполне мог охранять конюшни Ивана Грозного.
Правда, его высохшие руки со вздувшимися синими венами вполне уверенно держали «калаш».
— Сдавайся! — пискнул третий служивый, самый юный, чуть ли не с подростковым пушком под носом.
Он глядел на меня во все глаза, нервно облизывая губы, но нет-нет и косился на Марию влюблённо-напуганным взглядом, явно уже фантазируя, как спасёт красотку. А она в награду проведёт с ним жаркую ночь. Вот он-то как раз и мог учудить какую-нибудь ерунду.
— Брось оружие, подлец! — пропыхтел юнец, пытаясь сделать свой голос хриплым и угрожающим. — Иначе буду стрелять! Я белку в глаз бью!