— Я могу посмотреть, — предложила я.

Хотя от мысли, что придется вернуться в ту комнату, сердце сжимается от страха. Не только потому, что Альфа очень силен и может причинить мне вред.

Но и потому, что он может оставаться в сознании, а значит, у нас ничего не вышло.

— Так ты… умеешь телепортироваться? — осторожно спросила мама.

— Да. Пока что, — я тянула время, но ничего не могла с собой поделать. — Но, если у нас все получилось, препарат в моей крови разрушится, как только мы отключим генератор.

— Не будешь жалеть? — слабо улыбнулась она.

Я хохотнула:

— В какой-то мере. Но сейчас — жду-не дождусь.

— Посмотри по камерам, — предложила мама, которая тоже за меня тревожилась. — Знала бы, что это вы двое — ни за что бы вас в это не втянула.

— Вообще-то это мы тебя втянули, — напомнила я.

Камеры были хорошей альтернативой. По крайней мере, так он не сможет причинить мне вред.

Я переместилась в лабораторию и подошла к компьютеру. Среди прочих картинок я быстро нашла нужную — в знакомом боксе на полу лежал Дмитрий Белов, и его кожа больше не была радужной.

Я не стала бы исключать притворства, знай Альфа о наших планах. И потому, переместившись к нему, подошла к бессознательному мужчине крайне осторожно.

Первичный осмотр подтвердил — он без сознания.

Кажется, у нас получилось. Но я не спешила радоваться. Неизвестно, подействовал ли антидот, а если подействовал, то как. А еще старший Белов тоже нуждался в очистке крови, о чем я и сообщила маме, прыгая к ней.

Костя еще не очнулся, но страшный рисунок черных вен с его кожи почти исчез.

Я помогла маме перевезти старшего Белого к свободному диализу, и она споро подключила его к прибору.

— А почему он так не почернел? — не удержалась я от вопроса.

— Потому что не было сразу большой дозы, — она вздохнула. — Я ведь рассчитывала именно на такой способ введения антидота, поэтому токсичность невысокая. Но я испугалась, что ты не справишься с Костей, поэтому решилась на крайние меры.

— Спасибо, мам, — она спасла мне жизнь, хотя это решение не далось ей легко.

— Карина, — раздался слабый голос. — Мне стоило догадаться, что Секрет — это ты.

— Костя! — я повернулась к парню.

Он очнулся и даже попытался подняться, но мама силой уложила его обратно:

— Лежи. Процесс небыстрый, и не стоит его прерывать.

Он поднял руку, полюбовавшись на едва заметную сеточку черных вен:

— Какой кошмар.

— Это уже почти хорошо, — возразила я, улыбнувшись. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня какой-то тяжелой дрянью накачали, — признался он.

— А откуда ты знаешь, как это бывает? Пробовал? — поддразнила я его.

— Нет, — фыркнул он возмущенно. — Еще я сам себя не травил… У нас получилось?

— Да, — я кивнула в сторону его отца. — Он ничего не заподозрил.

Костя прикрыл глаза, расслабляясь:

— Хорошо.

Я подошла ближе и аккуратно спросила:

— Почему… почему ты ему не рассказал?

— Потому что он не приказал, — не открывая глаз, ответил парень почти равнодушно.

Я внимательно на него посмотрела. Константин умел притворяться, ведь за все время нашего знакомства я ни разу не заподозрила, что он — не тот, за кого себя выдает. Высокомерный самоуверенный мажор, ни во что не ставящий окружающих и развлекающийся за чужой счет. И при всем при этом я даже умудрилась им увлечься — ну шикарный же парень, несмотря на поганый характер… А, оказывается, поганый характер — это притворство. И за всем этим высокомерием и презрением к другим прятались бесстрашие, большое сердце и желание помогать людям, спасать жизни даже ценой собственной.

Определенно, мне нужно время, чтобы это как-то уложить в голове. Но вот прямо сейчас…

— Не ври. Ты же вроде как стал злодеем? Ты просто обязан был выдать ему наш план, и безо всяких приказов.

— Я не захотел, — тем же тоном сообщил Костя.

— Даже виласаб не заставил тебя переметнуться на сторону зла, — я улыбнулась.

Он приоткрыл один глаз и напомнил:

— Вообще-то я пытался тебя убить.

— Потому что не мог ослушаться приказа Альфы, — возразила я. — И ты бы не сказал ему ничего без приказа. Я права?

Он коротко вздохнул и посмотрел на меня:

— Это оказалось не так, как я себе представлял. Возможно… возможно, он не успел войти в полную силу, но я… я не хотел, чтобы Альфа победил. Какое-то внутреннее сопротивление, хотя я, наверное, не смог бы назвать ни одной причины, почему не должен предупредить отца.

— Карина, дай Косте отдохнуть, — вмешалась мама, словно бы и не слушавшая нас, занятая хлопотами над мужем. — Ему сегодня пришлось нелегко.

— Спасибо, Раиса, — искренне поблагодарил Костя, закрывая глаза.