Шрифт:
Потом, всё равно, выбросил большую часть. Оставил, правда, косуху, футболку с черепами и надписью «Православие или смерть». Вдруг удастся всё-таки оживить «Урал» и погонять
Я избавился от груза просто, потому что нарыл целую библиотеку по оружейному делу. Нет не стрельбе — изготовлению охотничьего оружия.
В той же квартире, я обнаружил три гладкоствольных ружья. Вообще местечко было преинтереснейшее, судя по всему, хозяин сам делал чёрный порох и патроны. Я мог ошибаться, но тут имелись пороховая мельница, весы, дозатор для порошков, ручной пресс, несколько настольных станков и много, много материалов — гильзы всех размеров и форм, пули дробь, капсюли разных марок.
Но главное ждало меня в большом сейфе. Там лежали чертежи и дневники исследователя. Судя по всему, здесь жил конструктор охотничьего оружия, буквально болевший своим делом.
Он не просто изготавливал ружья, но и патроны к ним. При этом совсем не только обыкновенные. Имелись здесь и лёгкие так сказать подкалиберные пули. Я такие видал на прошлой работе.
В патроне находился навеска пороха, пластмассовый контейнер с тяжёлым диском, внутри которого был лёгкий стальной сердечник. Когда заряд вылетал из ствола, контейнер распадался, и пуля летела дальше с огромной скоростью. Страшное оружие, скажу я вам.
К слову все стволы были собственного производства. Ах да совсем забыл, ещё в сейфе нашлось штук триста золотых и серебряных монет.
Короче мой пространственный карман оказался полон под завязку. Я так долго возился, что не заметил, как стемнело. Так что я набил тряпками сумку, скинул её вниз, а потом с трудом по темноте спустился через подвал и дунул наружу. Клоны уже свалили, и догнать их не удалось.
В общем, к выходу с пустоши я порядком опоздал, заплутав по дороге, и чудом вернулся. Впрочем, на это большого внимания не обратили, отобрав у меня сумку хабара. На короткий вопрос — «гдэ бил?» Я честно ответил, что залез в здание и долго не мог спуститься, а Била даже пальцем не трогал.
Меня довольно-таки беззлобно обматерили на двух языках. Потом отвели в барак, дав даже отдельный котелок с едой. Вот прям не каторга, а пионерлагерь какой-то. Я не знаю!
Наутро, и правда, явился Эноэ собственной персоной. Вид у эльфа был невесёлый. Только я несколько не понял Юльви. Отец Лины здесь не сидел, он эту каторгу охранял.
Я ещё даже проснуться не успел, как эльф спросил:
— Что с Линимиэль?
— Да вроде всё нормально, последний раз, когда я её видел, ваша дочь работала комендантом общежития для возродившихся недалеко от Выборга, — честно сказал я. — начальник у неё нормальный… был.
— Пусть с ним, с начальником, — жадно спросил он, — сама-то жива, здорова?
— Я же говорю: восемь дней назад была. Потом не знаю. Эноэ мне обязательно надо найти связь с вашими. Наша императрица готова на дипломатические контакты, сейчас такой момент, что сможете выторговать себе максимум. Пустоши исчезают. Скоро вам придётся столкнуться с людьми.
— Без того жили, — с внезапной злобой сказал Эноэ, — и дальше проживём.
Чего-то такого я и ждал. Потому я поднял край матраса и продемонстрировал отцу Лины одну из непонятных эльфийских вещиц, хранившихся в пространственном кармане.
Как говорится: реакцией остался, удовлетворён. Эноэ жадно схватил странного вида узорчатый шарик, и тот ожил у эльфа в руках, превратившись во что-то вроде пиалы. При этом у отца Лины реально челюсть отвисла.
— Т-ты, где это достал? — наконец дар речи вернулся к нему.
— А вот это можно будет обсудить с имперскими дипломатами. У нас всякого много и мы готовы это отдать, если конечно удастся договориться, — я многозначительно улыбнулся.
Эльф чуть постоял, подумал, явно что-то взвешивая, потом поморщился и сказал:
— Слабоват аргумент…
— Это подарок, — проскрипел я. — Аргумент у нас другой, — в моих руках из ниоткуда возник короткий помповый дробовик, более похожий на большой пистолет. Ствол я направил вверх, но эффект всё равно был неслабый. — Когда сюда придут наши, они будут хорошо вооружены. Мы предлагаем решить дело миром, а не доводить до бойни, — я усилием воли убрал оружие в пространственный карман.
— Ты полон сюрпризов, — мрачно произнёс Эноэ, глаза его при этом нехорошо сузились.
— Не мы такие — жизнь такая! — проскрипел я в ответ. — Обдумай это и передай своим. Да, кстати, оговорённый товар подготовлен и ждёт тебя в замке. Примерно пятнадцать вёрст к заливу от того места, где вы мне помогли.
— Это перед «переговорами»? — поднял бровь Эноэ.
— Мы всего лишь просим официальных отношений. Нас вполне устроит вооружённый нейтралитет, — проскрипел я. — То есть не стрелять в тех, кто болтается вокруг ваших границ, если они, конечно, не нападают первыми. Это не значит пускать к себе, просто не убивать и не грабить. Вот и всё.