"С некою вестью к тебе, черновласый земли колебатель,

175 Я появилась сюда от эгидодержавного Зевса.

Тотчас покинуть тебе приказал он войну и сраженье

И возвратиться в собранье богов иль в священное море.

Если же слов не захочешь исполнить его и оставишь

Их без вниманья, то сам угрожает туда он явиться,

180 Чтобы сразиться с тобой. Не советует он тебе в битву

Эту вступать, ибо много тебя он и силою выше,

И по рождению первый. Неужели ты не боишься

Дерзко равнять себя с ним, пред которым все боги трепещут?"

С гневом великим ответил ей славный земли колебатель:

185 "Что это? Пусть он могуч, - но какие надменные речи!

Силой меня, равноправного, он удержать угрожает!

Трое нас братьев, от Крона рожденных великою Реей:

Зевс и я, а третий - Аид, преисподних владыка.

На три мы все поделили, и часть получил свою каждый.

190 Жребий мы бросили, - выпало мне пребыванье вовеки

В море седом, а подземный безрадостный сумрак - Аиду,

Небо широкое Зевс получил в облаках и в эфире.

Общими всем нам земля и высокий Олимп остаются.

Жить потому я не буду под Зевсовой волей. Спокойно,

195 Как ни могуч он, пускай при уделе своем остается.

Силою рук же пускай не пугает меня, словно труса!

Было бы лучше, когда б он своих дочерей с сыновьями,

На свет самим им рожденных, обуздывал словом суровым!

Волей-неволей его приказанья должны они слушать".

200 Так отвечала ему ветроногая вестница Зевса:

"Значит, этот ответ, черновласый земли колебатель,

Я и должна передать, - и суровый ответ, и мятежный?

Или изменишь его? Изменимы сердца благородных.

Знаешь и сам ты, что руку старейших Эринии держат".

205 Ей ответил опять Посейдон, сотрясающий землю:

"Очень разумное слово, Ирида, сейчас ты сказала.

Благо, если посол и совет подает нам разумный.

Страшное горе, однако, и сердце, и дух мне объемлет,

Что равноправного он, наделенного равною долей

210 Так раздражать позволяет себе оскорбляющим словом.

Нынче, однако же, как ни сержусь, ему уступлю я.

Но объявляю тебе, - и угрозы я той не забуду!
–

Если он, мне вопреки и добычнице славной Афине,

Гере, Гермесу, а кроме того и владыке Гефесту,

215 Трою высокую будет щадить и ее не захочет

Ввергнуть в погибель и полную дать аргивянам победу,

Неисцелимая будет вражда между нами, пусть знает!"

Так Земледержец сказал и покинул ахейское войско,

В море седое ушел, к огорченью ахейских героев.

220 Зевс, облаков собиратель, промолвил тогда Аполлону:

"Милый Феб, отправляйся за Гектором меднодоспешным!

Вот смотри: спешит уж в море священное мощный

Бог, колебатель земли. Высокого гнева бежит он

Нашего. Грозную битву услышали б все остальные,

225 Даже подземные боги, живущие около Крона!

Выгодней много и мне, и ему самому это было,

Что пред моими руками, хотя и сердясь, отступил он:

Не без великого пота меж нами б окончилось дело!

С этой эгидой моею бахромчатой в битву вмешайся,

230 В ужас повергни ахейских героев, ее сотрясая.

Что же до Гектора, сам позаботься о нем, дальновержец!

Силу большую дотоле буди в нем, покуда ахейцы

В бегстве пред ним кораблей не достигнут и волн Геллеспонта.

С этого ж времени сам я вмешаюсь и делом, и словом,

235 Чтоб, наконец, и ахейцы от бранных трудов отдохнули".

Так произнес он. И не был отцу Аполлон непослушен.

Тотчас с идейских высоких вершин он понесся, как ястреб,

Быстрый ловец голубей, меж всеми быстрейшая птица.

Гектора, сына Приама отважного, скоро нашел он.

240 Тот уж сидел, не лежал, и к нему возвращалось сознанье;

Он окружавших друзей узнавал, перестал задыхаться,

Пот прекратился. По Зевсовой воле герой пробуждался.

Близко к нему подойдя, сказал Аполлон дальновержец:

"Гектор Приамов, скажи, почему в отдаленьи от прочих

245 Еле живой ты лежишь? Иль беда приключилась с тобою?"