началу К
Шрифт:
Отдаленность Анны от двора, отсутствие приверженцев и сторонников, показалось верховникам наиболее привлекательным качеством будущей императрицы. Дмитрий Голицин, получив согласие всех членов Верховного тайного совета на ее кандидатуру, добавил: «Надобно и себе полегчить». Князь Голицин разъяснял свою мысль: так полегчить, чтобы себе воли прибавить. Он предложил составить «пункты», условия, кондиции, как их назвали, которые ограничивали бы самодержавие монарха.
Кондиции были составлены быстро и немедленно отправлены в Митаву к Анне. Повез их князь Василий Долгорукий. Императрица должна была обещать: после принятия короны в брак не вступать, преемника не при себе, ни после себя не назначать. Императрица обязывалась сохранить Верховный тайный совет в числе восьми членов; без их согласия не начинать войны и не заключать мира, не вводить новых налогов; не производить ни в гражданской, ни в военной службе выше полковничьего чина; не жаловать вотчин, не отнимать без суда жизни, имущества и чести у шляхетства; не расходовать бесконтрольно государственных средств.
Условия не оставляли сомнений: после подписания их Анной Россия становилась ограниченной конституционной монархией. Менялась - должна была измениться - государственная система. У верховников была, несомненно, возможность руководить страной, возведя на трон императрицу, но не требуя от нее формального признания ограниченности самодержавной власти. Инициатор «кондиций» Дмитрий Голицин не хотел ограничиваться фактической властью. Ни он, ни другие члены Верховного совета не желали также ограничиться обещанием умерить самодержавие, клятвой на кресте, какую в прошлом иногда давали русские государи, вынужденные обстоятельствами.
Перед глазами верховников стояли два образца ограниченной королевской власти - Польша и Швеция. Особенно привлекателен был пример Швеции, где в конце XVII в. власть короля становится
[84/85]
абсолютной, рикстаг уступает ее королю Карлу XI, самодержавным государем был и его сын Карл XII. Поражение в Северной войне, а затем гибель Карла XII в 1718 г. дали возможность парламенту-рикстагу резко ограничить королевскую власть. Утвержденные в 1723 г. постановления о форме правления давали власть в Швеции сословиям, посылавшим своих представителей в рикстаг.
Русский политический словарь освоил иностранное слово «путч» только в начале 90-х годов XX в. Если бы его знали в Москве в 1730 г. то, возможно, употребили бы для определения происходивших событий. Верховный тайный совет держал всю власть в своих руках, но, опасаясь возможных возражений, отправил «кондиции» Анне под строгим секретом. Москва была окружена на расстоянии 30 верст солдатами, которые не выпускали никого без паспорта, выданного Верховным тайным советом. Верховный совет назывался тайным, ибо в него входили высшие государственные чины, занимавшие первое место в Табели о рангах. Они назывались действительными тайными советниками, ибо обсуждение государственных дел нуждалось в тайне. Но и выработка условий, и извещение Анны происходило в глубокой тайне от всех, кроме нескольких родовитых семей.
Анна, несмотря на все предосторожности, узнала о намерении «бояр» ограничить ее власть, но тем не менее подписала «кондиции» и выехала в Москву, сопровождаемая князем Василием Долгоруким. Императрица приехала 10 февраля и остановилась под Москвой, ожидая торжественного въезда, назначенного на 15. Но уже 1 февраля гонец из Митавы известил верховников, что императрица приняла условия. 2 февраля было созвано собрание Сената, генералитета и высоких гражданских чинов для ознакомления с «кондициями» и новой системой правления. Собралось более 500 человек. Выслушав «кондиции», все «содрогнулись», но все подписали, как зарегистрировал присутствовавший на собрании Феофан Прокопович. Верховики не ограничились согласием высших чинов. Датский посланник Вестфален, свидетель происходившего, сообщал своему правительству, что двери Верховного тайного совета были открыты целую неделю для всех желающих высказаться за или против изменения системы управления Россией. Право выражать свое мнение имели все военные и гражданские лица, имевшие чин не ниже полковника, т.е. первые шесть классов Табеля о Рангах. Свое мнение подавали и духовные сановники.
Английский историк Джон Ле Донн, исследовавший систему Управления в России в эпоху абсолютизма, насчитывал на верхней Лестнице правящей элиты группу в 15-20 человек. За ними следовала группа военных и гражданских чиновников первых трех классов, насчитывавшая 200-250 человек. Включив крупных землевладельцев, владевших не менее 100 душами, Ле Донн получил правящий
[85/86]
класс в широком смысле слова, насчитывавший примерно 8500 человек, что составляло 16% от 54 тыс. дворян (мужчин)5.
Эти подсчеты представляют интерес при знакомстве с обстоятельствами «путча» 1730 г. Одной из случайностей, повлиявшей на события, было присутствие в Москве большого числа провинциальных дворян, приехавших на свадьбу Петра II и оставшихся на его похороны. Решение верховников ограничить самодержавие встретило многочисленных противников. Против выступило дворянство, которое в эпоху Петра начинает называться также - шляхетство. Очевидным источником нового слова было - шляхта, польское обозначение дворянства. Слово приносят в Россию выходцы из Малороссии, недавние граждане Речи Посполитой, успешно делавшие карьеру при русском дворе.
Польша была шляхетской республикой, монархией, власть короля (избираемого) была резко ограничена в пользу шляхты. Историки не обнаружили у русского шляхетства - в эпоху появления этого термина - желания следовать примеру польской шляхты. За одним исключением. В Польше остро ощущалась разница между магнатами и рядовой шляхтой, очень часто эта разница принимала характер острой вражды. Русское шляхетство неприязненно относилось к родовитой аристократии и опасалось перехода власти в стране в руки «бояр».