Асс Павел Николаевич
Шрифт:
– Нет. Свое, - ответил рязанский паренек.
– Орел, - похвалил Штирлиц.
– Стараюсь.
– Айсман!– Штирлиц обернулся к своему партнеру.– Кто у них здесь главный?
– Я, господин Штирлиц! Капитан Шнурков!– капитан вышел на три шага вперед и отсалютовал Штирлицу.
– Значит так, - сказал Штирлиц.– Мое частное агенство ШРУ получило информацию. Наш осведомитель говорит, что в Лужниках прячутся двенадцать китайских шпионов. Каждому, кто найдет хотя бы одного, дам премиальные. Приказ ясен?
– Так точно, господин Штирлиц! А откуда вам известно, что именно двенадцать?
– Я своих информаторов не выдаю, - ответил Штирлиц.
Информатор Штирлица был нищим, изображающим из себя безногого и безрукого на Казанском вокзале. Вчера он прислал к нему мальчонку с запиской, в которой сообщал, что видел недавно в Лужниках китайского шпиона, с которым познакомился еще двадцать лет назад в Венгрии, но все равно узнал.
Капитан отдал приказ своим молодчикам, и ОМОНовцы, расталкивая торговцев пуховиками и "Сникерсом", бросились на рынок искать китайских шпионов.
Штирлиц не любил шпионов. В какую страну ни приедешь, всюду путаются под ногами, смешивают карты, просто мешают работать. Русский разведчик питал к ним профессиональную неприязнь и поэтому при каждом удобном случае отлавливал парочку и сдавал под расписку в КГБ.
– Пошли, Айсман, мне надо перчатки купить, - бросил Штирлиц.
– Сейчас, машину закрою, а то угонят.
Штирлиц и Айсман пошли на рынок и остановились возле одного из узкоглазых торговцев.
– Почем пуховик?
– Одиннадсать тысяс, - ответил продавец.
– А перчатки кожаные?
– Коза, коза, - ответил вьетнамец.– Холосая коза! Семь тысяс!
– Можно померить?
Штирлиц одел перчатки и, любуясь, размял пальцы.
– А можно попробовать?
– Сто?– не понял вьетнамец.
Штирлиц ударил его перчаткой по скуле и пояснил:
– Не люблю спекулянтов!
– Штирлиц, а как мы отличим китайских шпионов от простых спекулянтов, приехавших из Китая?– поинтересовался Айсман.
Штирлиц задумался.
– Сейчас посмотрим. Эй, вставай! Я тебя вовсе не больно ударил, хватит притворяться! Ты - китаец?– осторожно поинтересовался Штирлиц.
– Нет, я вьетнамец, - просюсюкал узкоглазый.
– Точно не китаец?– поинтересовался Штирлиц и замахнулся резиновой дубинкой.
– Нет, нет!– испуганно отшатнулся торговец.
– Видишь, Айсман, этот испугался!– сообщил довольный Штирлиц.– А чего ему бояться, если он не шпион?
– Логично, - ответил Айсман.– Мне он, кстати, сразу показался подозрительным.
– Давай оттащим его к автобусу...
Упирающегося вьетнамца оттащили к автобусу и прицепили наручниками к радиатору.
– На кого ты работаешь?
Вьетнамец, пряча голову под руками, молчал.
– Отвечай, когда тебя спрашивает штандантерфюрер СС фон Штирлиц!– возмутился Айсман.
– Ладно, Айсман, к чему такие громкие слова? Не хочет говорить - не надо. Будет департирован.
Через полчаса вернулась бригада ОМОНовцев. Все китайские шпионы были отловлены, а продаваемый ими товар распорот и распотрашен в поисках секретной информации или обличающего оборудования.
– Рацию нашли?
– Нет, - вздохнул капитан Шнурков.– Кроме двух килограммов героина ничего не нашли.
– Да, обидно... Теперь просто так никого не посадишь. Демократия, однако...
– Штирлиц, а что это вы так китайских шпионов не любите? поинтересовался любопытный капитан Шнурков, который всегда и всем задавал какие-нибудь вопросы.
– А зачем они Павлика Морозова пришили?!
– А они вовсе и не его пришили!
– Не его?
– Точно не его, - подтвердил начитанный капитан.
– Что же мне выпустить их теперь, и пусть они строят свои козни?
– Ну, зачем же так, - смутился Шнурков, - я ведь просто поинтересовался.
– Ладно, везите их к гебистам, пусть они сами с ними разбираются: пришили они там кого-нибудь или не пришили, рассердился на бестолкового капитана Штирлиц.
ОМОНовцы завели автобус и уехали. Штирлиц и Айсман подошли к своей машине, возле которой обнаружили мужчину с пачкой свежих еврейских газет.
– Еврей?– прищурился Штирлиц.