Шрифт:
Просторный зал и тканевые маты сразу напомнили мне наш тренировочный зал. Мешок с песком на веревках, деревянные мечи на подставках. Глядя на все это, я почему-то ожидал увидеть китайца в качестве преподавателя, но нет: на татами меня встретил настоящий казак с седым чубом на лысой голове, в белой рубахе и широких штанах. Приглашающе махнув рукой, он встал в стойку. Сбросив обувь, пиджак, оставшись лишь в футболке и спортивных штанах, я вышел к нему, сделал поклон.
— Атакуй! — скомандовал он и перевернул небольшие песочные часы, стоявшие возле татами.
Я оценивающе посмотрел на него, пытаясь понять, какую школу боя он практикует. Странная стойка, легкое покачивание корпуса, ноги неподвижны, но по вздутым мышцам на икрах было понятно, что он готов к прыжку или удару ногой. Нас мастер учил биться с противниками из разных школ единоборств, но тут что-то совсем незнакомое, словно смешение стилей. А впрочем, в бою да познаем истину!
Удар рукой, попытка подсечь опорную ногу с одновременным прикрытием головы. Почти сразу отход, когда учитель попытался пробить мне сбоку ответный в корпус. Проходит мимо, мне почти сразу прилетает новый удар в голову, блок частично отводит кулак, и тот лишь вскользь прошелся по скуле. Новый удар, разрыв дистанции, попытка удара ногой. Тренер норовит снова сблизиться, пытаясь мне навязать ближний бой, и чтобы выстоять, мне приходится раз за разом отпрыгивать назад, пытаясь контратаковать его ногами и надеяться подловить на противоходе. Новая попытка сближения, привычный отскок назад и удар ногой, когда мастер, не прекращая движения, неожиданно сделал кувырок, пропустив мой удар над собой, затем, захватив мою опорную ногу, дернул на себя, и когда я полетел вниз, обозначил добивающий удар в горло кулаком.
— Вставай, — прыжком вскочив на ноги, он протянул мне руку. Затем глянул на часы, стоящие возле матов, оценив оставшийся там песок. — Почти минуту продержался, молодец.
— Школа богомола? — уточнил он и, дождавшись моего утвердительного кивка, довольно кивнул: — Хороший у вас учитель был. Если увидишь, передашь от меня поклон. Грамотно вам технику поставил.
Подойдя к деревянной стойке с мечами, он взял пару из них, один бросил мне, себе оставив второй.
— Начнем? — спросил он. Я быстро кивнул: с тренировочным мечом я чувствовал себя намного увереннее. Да и получалось у меня здесь намного лучше.
— Силу не применяем, — напомнил учитель. — Чисто продемонстрируй степень владения клинком.
— Хорошо, — кивнул я и почти сразу нанес удар, целясь по кисти руки. Не обязательно нанести сразу смертельную рану, если враг силен, попытайся лишить его возможности сражаться: разрежь сухожилия, подсеки ногу, бей туда, где твой клинок не ожидают.
Уроки старого мастера не прошли даром, фехтовать я любил и умел. Вот только мой противник оказался на голову выше меня, и удары он парировал кончиком клинка, постоянно маневрируя, не контратакуя. Стремясь его достать, я уже испробовал весь свой арсенал приемов, пот катился по лбу, застилая глаза, дыхание сбилось, а я только лишь раз смог задеть мастера по плечу, и то скорее случайно. А когда мой очередной удар снова провалился в воздух, меня просто хлопнули деревяшкой по лбу.
— Достаточно, — старый казак удовлетворенно качнул головой. — Основами техники рукопашного и клинкового боя владеешь на должном уровне. Давай зачетку.
— А можно у вас будет потом позаниматься? — уточнил я, протягивая синюю книжицу.
— А зачем? — удивленно спросил тренер, расписываясь в зачетке и ставя личную печать. — Твое оружие — это не руки и даже не клинок, — он кивнул головой на тренировочный меч. — Твое оружие — это мех. А вне его что с руками, что с клинком против серьезных тварей ты все равно и секунды не продержишься. И если уж такое случилось, что ты оказался вне кабины шагохода, ты в первую очередь должен надеяться не на сильные руки, а на крепкие ноги. И сделать все, чтобы тебя не сожрали твари. Новую железяку, если что, тебя на заводе снова отштампуют, а вот нового пилота подготовить… Это гораздо тяжелее, сложнее и дольше. — Он протянул мне зачетку. — Так что береги себя и, если придет такой момент, вспомни о моих словах и глупо не геройствуй.
— А зачем тогда это все? — я недоуменно указал на тренировочный зал.
— А здесь мы учим не только драться, но в первую очередь воспитываем боевой дух, чтобы вчерашние девочки и мальчики, еще только недавно вышивавшие крестиком и игравшие в солдатики, не падали в обморок при виде тварей, а шли вперед, вступали в схватку, пытаясь не только защитить свою жизнь или товарища, но и убить тварь, которая ее хочет забрать. И моя задача — взрастить этот дух и укрепить его. А все это, — он махнул рукой в сторону деревянных мечей в стойках, — дело второе, если не третье. Но с этим у тебя и так в порядке, так что не буду отнимать у тебя время. У тебя его и так не слишком много.
Последняя фраза меня насторожила, но, ничего больше не сказав, я вышел из зала. И лишь на выходе, обернувшись, спросил:
— А что у вас за стиль боя?
— Казачий спас, — ответил мастер, убирая мечи назад в стойку, и я прикрыл за собой дверь.
— Ну что? — капитан Горохов, ожидавший меня возле входа в зал, протянул руку и почти выдернул зачетку из рук. Быстро пробежался по заполненным в ней страницам. — Сдал! — Он довольно улыбнулся, увидев печать и подпись учителя по рукопашному бою. — За него я больше всего опасался: просто так ставить зачет он не хотел, сказал: сначала должен посмотреть тебя в деле.
— Так, дальше у тебя полевая медицина и основы алхимии, — продолжил он. — Здесь никаких поблажек: ходишь, запоминаешь и учишь. Потом монстроведение — тут тоже будешь заниматься на всю катушку, о дополнительных занятиях я уже договорился. А также основы развития дара. На все три предмета у тебя будет восемь дней. За это время как раз твоего будущего меха в порядок приведут — мне в мастерской клятвенно обещали.
Чуть задумавшись, он достал небольшую книжицу и, вырвав листок, быстро что-то в нем записал.