Шрифт:
Он ненадолго задумался, а затем улыбнулся уже заметно хитрее.
— Хорошо. Раз тебе так нужен соперник, распоряжусь, чтобы вас поселили рядом.
Я хмыкнул. Возможность оказалась слишком удобной, чтобы не воспользоваться ею.
— Если он не из великого клана, то почему бы и нет.
Экзаменатор, судя по взгляду, сразу понял, что именно меня интересует.
— Нет. Какой-то мелкий клан с окраины столицы. Название я сейчас даже не вспомню. Кстати, характер у него, по моим впечатлениям, ещё более несносный, чем у тебя. Думаю, вы прекрасно поладите.
— Не верю, — тут же вмешался Данте. Он скрестил руки на груди и с самым серьёзным видом покачал головой. — Не может быть, чтобы кому-то удалось превзойти Каина в этом деле.
В комнате на секунду повисла тишина. Мы с Лейлой одновременно посмотрели на Данте. Гин тоже перевёл на него взгляд, а Лектор лишь приподнял бровь. Я усмехнулся первым. Лейла следом фыркнула, и даже экзаменатор снова улыбнулся. Данте обвёл нас взглядом, словно совершенно не понимал, почему мы так реагируем.
— Что? — невинно спросил он. — Я всего лишь объективно оцениваю своего ученика.
— Конечно, — протянула Лейла. — Именно ученика.
Данте сделал вид, что не услышал намёка, и повернулся к экзаменатору:
— Ну так что, господин экзаменатор? Каин свободен?
— На сегодня с него достаточно, — с улыбкой ответил тот. — Я его больше не задерживаю.
Я кивнул.
— Спасибо, что вообще согласились принять экзамен, несмотря на моё опоздание. Я это запомню.
Мужчина несколько секунд смотрел на меня, затем вдруг подошёл ближе и взъерошил волосы. От неожиданности я даже не успел отстраниться.
— Каин, люди твоего возраста не должны быть настолько серьёзными, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Не забивай голову подобными долгами. Находить и оценивать таланты — моя работа. Ты заявил, что способен показать результат лучше многих, и доказал это на деле. Этого достаточно. Теперь можешь немного расслабиться и отдохнуть. Что будет дальше, тебе расскажет Гин.
Я машинально пригладил волосы и посмотрел на него с лёгким подозрением. Очень хотелось спросить, часто ли он так обращается с кандидатами, но решил не портить человеку доброе настроение.
— Хорошо. Но всё равно спасибо.
Экзаменатор кивнул и направился к выходу. Я проводил его взглядом, а затем заметил, что Лейла подошла ближе.
— Предлагаю сегодня устроить небольшой праздник, — сказала она с весёлой улыбкой. — Всё-таки не каждый день знакомый оболтус пробивается в тройку лучших кандидатов элитного лагеря. Ты как, не против?
Я вопросительно посмотрел на Данте. Вечером у него могли быть свои планы, а без него отмечать получилось бы странно. Тот коротко кивнул.
— Я только за, — ответил я Лейле. — Выбирай место. Ты этот район знаешь куда лучше меня. Ну а я всё оплачу. Но за оболтуса я буду страшно мстить, имей в виду.
Лейла слегка прищурилась.
— Ну смотри… Тебя за язык никто не тянул.
Почему-то после её интонации предложение оплатить вечер перестало казаться хорошей идеей. Я слегка нахмурился, а Лейла рассмеялась.
— Не хмурься, морщины будут. Не разорю я тебя. Ближе к вечеру скину адрес.
— Звучит уже не так успокаивающе, как ты думаешь, — хмыкнул я.
— Значит, интрига работает, — довольно ответила она и подмигнула мне.
После этого Лейла направилась к выходу. Лектор попрощался коротким кивком и пошёл следом, оставляя нас втроём. Гин всё это время выглядел задумчивым. Неудивительно. Только что из комнаты вывели ректора академии. Даже если у него есть улики, то проблем всё равно будет немало. Он посмотрел на закрывшуюся дверь, затем на меня.
— Мне очень интересно, кто смог сдать этот экзамен лучше тебя.
— Мне теперь тоже.
Гин усмехнулся.
— Так или иначе, поздравляю. Отлично справился.
В его исполнении такая короткая похвала звучала весомее длинной речи. Я кивнул:
— Спасибо.
Мы вместе вышли из комнаты симуляции. Широкий коридор корабля встретил ровным белым светом и тишиной. По дороге я забрал у Данте ветровку и накинул её поверх футболки.
У трапа мы разошлись. Гин направился в сторону главного корпуса гильдии, на ходу открывая экран идентификатора. Мы с Данте пошли к машине. Огромный белый корабль экзаменатора возвышался за спиной, закрывая часть академического сектора. Вокруг продолжалась обычная работа: по посадочным линиям двигались люди, неподалёку стояли служебные машины, а из соседнего корпуса выходили студенты и преподаватели. До автомобиля Данте оставалось метров сорок, когда металл на правом запястье вдруг похолодел.