Это знали обе стороны.

Но пока Даларан был успокоен, усыплен могуществом своей магии, враги уже делали следующий шаг…

Призывали настоящего хозяина Плети — Архидемона Пылающего Легиона из-за пределов этого мира.

— О, Великий Архимонд, — шелестит голосом мертвых лич в темноту портала. — Этот мир созрел для твоего появления. Приди же к нам! Приди и обрушь свой гнев на этот жалкий мир!

Облик лича дьявольски ужасен, богат и мерзок, но уж чего ему в нежизни теперь хватает, так это голого магического могущества.

Бессмертный маг напряг свою волю, закаленную самой смертью, магией пронзил пространство меж миров, сделав канал устойчивым и прочным.

Кел Тузад, что взывал к огромным Вратам на холме, в темноту космоса, получил ответ.

Во тьме появился ужасающий силуэт, пышущий тьмой и зеленью. Увидев лишь тень этого существа, Кел Тузад вздрогнул всем телом из костей и магии, склонил голову и отступил.

Пылающий Легион вошел в этот мир, а во главе его сам Архимонд Осквернитель.

В мир Азерота через врата протиснулся тридцати пяти метровый великан, ужасающий демон с горящими зеленой скверной глазами.

От шага копыта, размером со слона, дрогнула земля, а от темной ауры стонет и горит воздух. Сам выдох существа яд для мира. Скверна, источник его силы и она же чистое разрушение и осквернение, что превосходит даже тишину немертвых.

Даже неразумные скелеты дрожат, издавая дробный стук костями, то остатки их духа в гнилой плоти трепещут от высшего существа, что давит на них как гора, просто стоя там.

— Мой господин, — льстивый голос из костей ледяного лича, парящего над землей: — Перед тобой город глупцов, что бросает вызов могуществу Пылающего Легиона.

Гигант произнес рокочущим голосом, увидев город башен и магии:

— Это Даларан? — демон прищурил веки, огладил когтями щупальца на подбородке и выдал вердикт: — Немного впечатляет. Для смертных.

Он оглядел воинство нежити, самого Артаса и лича, что призвал его, но потратил на них времени не больше, чем на муравьев.

Став куда громче, подобно самому грому в небесах, гигант «представился»:

— Архимонд Осквернитель пришел в этот мир! Познайте страх, ибо Я — Рок, Я — Гибель, Я — Разрушение!

Это был не просто звук голоса, он вложил в него силу. Тьма и Скверна прошла ветром от рта чудовища, врезалась в стены города, острыми лезвиями пронеслась по улицам, раня слух, разум и даже души, ввергая всех в панику.

Архимонд, вопреки виду и голосу варварского великана, на самом деле один из умнейших существ в Пылающем Легионе, правая рука лидера, самого Титана Саргераса.

Он не пошел тут же в атаку, но стал придирчиво оглядывать город и защиту магии, видя куда больше, чем обычные смертные и даже те немертвые, что сохранили разум.

По его ухмылке, неприятной, предвкушающей садизм и жестокость, видно что способов одолеть защиту он уже придумал немало. Выбирает самый ужасный.

Архимонд уничтожил тысячи миров, стер в пыль столько цивилизаций и народов, что забыл число. Даларан был крепким орешком, выделяясь даже среди этих тысяч… Но и только.

Они были ограничены одним миром и его знаниями, покуда демон познал знания Вселенной. Это была разница, которую смертным трудно даже осознать.

Огромный демон начал чертить на песке, заряжая Скверной разрушающий ритуал.

Кто же знал в Даларане, еще сегодня с утра, что так повернется колесо судьбы.

Вообще-то, один человек знал.

За несколько часов до явления демона…

Чистые голубые глаза старого Архимага резко открылись, но вместо мудрости в них плещется ужас.

Мои шаги уверенно ведут знакомым с детства улицам города. Руки занимает открытая сумка со свитками, от желтого пергамента веет сильной магией.

Я прохожу мимо лавки алхимии, в витрине стекла отразился молодой черноволосый маг, высокий, ростом выше 180 сантиметров, но худощавый и с бледной кожей, выдающей долгие дни и ночи в помещении за книгами.

Не желая смотреть в отражение, в такие усталые от ночи работы синие глаза с мешками, я отворачиваюсь.

В тенях переулка мелькнула человеческая тень. Я нахмурился и прижал сумку к груди одной рукой, в свободной ладони вспыхнула тайная магия, освещая фиолетовым. Кто-то за углом пискнул от испуга, звук бегущих шагов удаляется.