Private-Bookers
Сеньорита
вернуться

Фернандес Мария Пашеку

Шрифт:

— Оставь его! — прикрикнул на нее Бруно. Таким тоном не подобало разговаривать надсмотрщику с дочерью своего хозяина. Бруно, заметив свою ошибку, опустил глаза, как только девочка встретилась с ним взглядом. В то же время он понимал свою правоту, ощущая за спиной власть хозяина.

— Завтра отец узнает, что ты была здесь... — сказал он более спокойным тоном, но с угрозой в голосе. Сеньорита с плачем побежала в господский дом.

Улучив момент, Рафаэл повернулся к папаше Жозе, который, скорее мертвый, чем живой, висел у столба. Старый негр был совершенно измучен ударами надсмотрщика. Годы непосильного труда на плантациях полковника подкосили его здоровье, а сейчас его состояние и вовсе было скверным. Смерть уже витала над ним.

— Папаша Жозе,— проговорил Рафаэл со слезами на глазах. Старый негр очнулся и поднял глаза на мальчика.

— Если ты плачешь, ты не мой правнук! — Рафаэлу только сейчас пришло в голову, что за все время своих мучений папаша Жозе не проронил ни слезинки.— Я доверю тебе одну тайну, чтобы твое сердце не страдало понапрасну,— продолжал раб слабым голосом.— К этой девочке, у которой вместо сердца цветок, ты можешь питать только братскую любовь...— чуть заметным кивком головы он указал в направлении господского дома, так как руки его были связаны.

— Не понимаю, ты говоришь о Сеньорите? — Рафаэл с удивлением уставился на папашу Жозе.

— Ты ее брат! — черты лица старого раба стали еще жестче.— Твоя мать, Мария дас Дорес, взяла грех на душу, побывала в постели злодея. Полковник Феррейра — твой отец! Сеньорита — твоя сестра!

Не замеченная Рафаэлом, из господского дома вернулась Сеньорита, но мальчик мог поклясться, что она не слышала слов папаши Жозе. Она положила руку на плечо Рафаэла и тем самым вывела его из состояния крайнего изумления, последовавшего за словами старого негра.

— Давай развяжем его! — предложила она другу.

Несмотря на испытываемые мучения, папаша Жозе запротестовал, ибо думал о последствиях для Сеньориты и Рафаэла:

— Лучше оставьте меня, иначе твой отец в гневе...

Сеньорита видела, как кровь сочилась сквозь потрескавшуюся кожу, ее глаза снова наполнились слезами, и она перебила папашу Жозе:

— Почему ты не просил пощады? Зачем ты терпел эти чудовищные удары?

— Я не чувствовал ударов. Я грезил... Папаша Жозе грезил, что он на небе...— Его слабый голос прервался на мгновение, а сморщенное лицо озарилось улыбкой.— Они были черными, все! Все были черными — Господь, Иисус Христос, ангелы. Черные, как папаша Жозе и его дети.— Приступ боли заставил его замолчать, веки его сомкнулись. Затем он выпрямился, словно в последний раз, и вновь обратился к детям: — Теперь идите. Папаша Жозе хочет спать...

Его голова резко откинулась к столбу... Папаша Жозе был мертв.

Беспомощные, растерявшиеся дети были его единственным почетным караулом.

Все обитатели имения оказались свидетелями этого ужасного действа — отсутствовали лишь полковник Феррейра и его жена донна Кандида. Полковник, высокого роста худощавый мужчина среднего возраста, с резкими чертами лица, и донна Кандида, темноволосая женщина кроткого нрава, которую годы безраздельного господства мужа и обязанности матери не лишили красоты, находились в это время в доме. Когда оба намеревались отправиться спать, полковник был особенно невозмутим и старался казаться спокойным. Дело в том, что не кто иной, как он, распорядился наказать папашу Жозе, с целью избежать волнений среди рабов. В конце концов этой мерой он защищал укоренившееся право, которое умел теми же средствами отстоять еще его отец, — плетью, а если понадобится, то и порохом и свинцом.

Нельзя сказать, чтобы полковнику доставляло удовольствие видеть страдания папаши Жозе. Но речь шла о защите самих основ. Донна Кандида не проронила ни слова, когда в спальню донеслись стоны папаши Жозе и гул возбужденной толпы.

— Я продам Марию дас Дорес и ее сына,— сказал Феррейра безо всякой видимой причины своей жене.

— Нет, Феррейра, ты не сделаешь этого! — запротестовала донна Кандида после короткого замешательства, ибо слова мужа, оброненные во время ее вечернего туалета, застали ее врасплох.— Ведь он сын твоего кузена Аристидеса!

— Необдуманно, как, впрочем, он всегда поступал, Аристидес дал ему свою фамилию. Пока он находился здесь, у него не было других забот, кроме как постоянно волочиться за Марией дас Дорес! Нет, Рафаэл и его мать — мои рабы. И я не хочу больше видеть, как этот ублюдок всюду бегает с моей дочерью!

Не обращая внимания на то, что произошло, и проигнорировав протест своей жены, полковник улегся в кровать и погасил свет, чтобы уснуть сном праведника, как он считал. То, что у столба папаша Жозе расстался с жизнью, полковник не заметил.

По всей видимости, дело с продажей Рафаэла и Марии дас Дорес было для полковника Феррейры весьма спешным, ибо уже на следующий день к господскому дому подкатила повозка работорговца. Угнетающая тишина разлилась по фазенде. Лишь издалека доносились хриплые голоса негров, подгонявших скотину. Мария дас Дорес и ее сын стояли с товарищами по несчастью возле повозки, на которую уже погрузили их жалкий скарб.

— Я никогда не забуду тебя, Рафаэл! — Сеньорита обняла своего друга, глаза ее были полны слез, она понимала, что видит его последний раз в жизни. То, что она теряла не только друга, но и сводного брата, было ей неизвестно.

  • Читать дальше
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка