Шрифт:
Она увеличила средний участок графика.
— А потом всё упирается сюда, словно проход закрыли.
Альберт сделал пару шагов навстречу и внимательно изучил глазами кривые линии. Почти каждая из них ломалась в одном диапазоне.
— Повреждение центров?
— Нет. — прикрыв глаза, Листура даже не нахмурилась. — Тогда мы могли бы видеть деградацию. Как объяснили, на этом этапе тело считает достигнутое состояние нормой и сопротивляется следующему этапу. Чем сильнее местный пытается продавить развитие, тем больше энергии уходит впустую. Мы получили истощение, судороги и локальные разрывы каналов. Эксперименты пришлось остановить. За исключением нескольких экстремумов. Но о них позднее.
Командор вывел рядом сравнительную модель нормального Восхождения. У Первого энергетическая система формировалась единой сетью. У землян она напоминала конструкцию, собранную во время аварии из того, что оказалось под рукой.
— Значит, как и думали в начале. Массовое Восхождение действительно прошло неправильно.
— Я бы сказала, искалечено. До определённого уровня они растут пугающе быстро. Потом превращаются в энергетических инвалидов. Функциональных, способных сражаться и использовать силы, но с очень низким потолком дальнейшего развития. Если ничего не изменить, большая часть нынешнего поколения так и останется на нём.
Альберт посмотрел на вращавшуюся за схемами Землю. Миллионы существ пережили событие, которое должно было открыть им дорогу к следующей ступени, и вместо этого получили плохо сросшийся перелом всей видовой системы.
— Что будет с их потомством и можно ли исправить нынешнее поколение?
— Рано говорить. — моментально ответила Арбитр. — Возможно, дети унаследуют уже исправленную структуру. Возможно, дефект закрепится. Нынешних псиоников, предполагаем, можно исправить выборочно. Но никак не массово и не на местах. Требуется адекватное оборудование, лаборатории, специалисты по молодым расам и архивные данные Восхождений, чтобы найти подходящую систему. А «Ленса» всё-таки боевой корабль.
Листура свернула графики, оставив один единственный. Линия на нём сильно отличалась, порой поднимаясь рывками, а местами проваливаясь. Но после пороговой зоны снова шла вверх. Альберт посмотрел на Арбитра.
— Один из местных экстремумов, как ты говорила?
— Верно. Одна особа.
— Что с ней не так? Слишком странная структура… — Командор задумался над увиденным, словно вспоминал нечто похожее.
— Дефект частично тот же. Вот только организм не остановился на границе. Он сначала обходит повреждённые участки, формирует новые связки там, где их не должно быть, а потом перестраивает старые.
— Что? — удивлённо переспросил Альберт. — Такое вообще возможно? И насколько это опасно?
— Медики сказали, что очень сильно. Настолько, что я не хочу проверять пределы прямо здесь. Пока непонятно, что произойдёт раньше: структура стабилизируется или сломает носителя. И это как раз я хочу выяснить, возможно, взяв под своё крыло.
Теперь становилось понятнее, зачем и почему одна из аномалий попала в доклад Командору. Листура никогда не приносила ему любопытные случаи просто из любопытства.
— Что ты предлагаешь?
— Инициировать её обучение вне Земли. — и, не дожидаясь ответа, она продолжила. — Здесь мы только испортим результат. Полевые программы слишком грубые. Её нужно вывести из общего потока, провести полную диагностику и дать грамотного наставника, который не станет выправлять структуру под стандарт Первых.
— Я так понимаю, что наставника ты выбрала, верно?
— У меня есть несколько вариантов. — женщина слегка наклонила голову.
— И один из них, разумеется, ты сама. — как бы подтверждая мысли, произнёс Альберт.
— Командор, я ведь сказала, что кандидатов несколько. Не приписывайте мне решения раньше, чем они были приняты.
Альберт хмыкнул и, махнув рукой, сдвинул график в сторону.
— К этому вопросу вернёмся позднее, а пока поговорим про стабилизацию планеты. Сколько времени нужно, чтобы это государство перестало зависеть от постоянного присутствия наших боевых частей?
— Не меньше сотни циклов. — не стала преуменьшать женщина, моментально давая ответ.
— Сотни?
— Только нашими силами, да. Если не расширять десантные когорты, не оставлять корабли на постоянной основе и не получать снабжение из внутренних систем. И речь только об одном крупном участке планеты.
— Это слишком долго, слишком. — скривился Альберт. — У нас другие приоритеты.
— Для мира, где изначально должны были сделать жертвенные камни, и после сорванного Восхождения с массовым вторжением порождений Изнанки — это ещё очень быстро.
— Для нашей эскадры это вечность.
— Именно по этой причине нам не следует оставаться единственной силой, которая работает на этой планете.
Перед ними развернулась Земля. Красные и жёлтые зоны вспыхнули разом, и зелёные участки сразу превратились в редкие островки, с трудом выживающие в океане безумия.