Шрифт:
Выражения на лицах товарищей по команде изменились.
Эта сцена была слишком шокирующей. Однако Цзи Юйши смотрел, не вздрогнув, как будто это его совсем не беспокоило.
Ли Чунь тихонько прошептал:
— Я же говорил вам, что воздух здесь дурно пахнет.
Сун Цинлань нахмурился. Он некоторое время смотрел на этого человека, а потом выключил фонарик и сказал:
– Хорошо, я должен был проверить свой гороскоп на сегодня, прежде чем выходить. Подумать только, мы побили рекорд всех Стражей по скорости обнаружения исконными жителями. Когда мы вернёмся, никому не позволено сообщать об этом. Если мы не получим больше очков, эти ублюдки из девятого отряда превзойдут нас. — Он встал и продолжил: — На время оставьте этого человека поблизости. Кто-нибудь, естественно, найдёт его и вызовет полицию. Мы ничего не видим в темноте, поэтому нам нужно выбраться отсюда, чтобы найти способ связаться с Тяньцюн в этом периоде времени. Когда мы выйдем, обратите внимание на своё окружение. Будьте очень бдительны, ведь вы можете наткнуться на место убийства.
Все:
— Да.
Все тщательно экипировались.
Вскоре настала очередь Цзи Юйши выбирать своё оружие. Он взял пистолет, который в последнее время часто использовал в тренировочных залах.
Сун Цинлань встал рядом с ним и произнёс название оружия:
— «Бриллиантовая птица».
Этот человек был очень высоким и, когда не улыбался, то излучал угнетение, которое нельзя не заметить.
Пока на него смотрели так свысока, у Цзи Юйши почему-то возникло желание продолжить его слова:
— Создан в стиле PPK прошлого века, Гитлер и Бонд использовали его.
Сун Цинлань, вероятно, тоже хотел сказать это прямо сейчас. После того, как его лишили слов, он слегка приподнял бровь и выглядел немного надменно.
— Советник Цзи, ты в стиле ретро.
Цзи Юйши был немного удивлён: «……»
Что происходит?
Слова Сун Цинланя прервали его мысли:
— Если бы это был я, то попытался бы выбрать что-то, что может лучше защитить меня.
Цзи Юйши взглянул на него.
— Небольшой совет, — Сун Цинлань слегка приподнял бровь и выбрал себе оружие. — Но тебе пойдёт.
Сун Цинлань выбрал два военных ножа. Цзи Юйши смотрел, как тот пристегивает их к икрам. Затем выбирает пару перчаток, пару крюков и, наконец, дробовик. Всё шло в том порядке, который он предсказывал.
– «Шэнь Мянь»? — спросил Цзи Юйши.
Независимо от того, служил ли он в армии раньше, неудивительно, что кто-то смог распознать это знаменитое оружие убийства.
Сун Цинлань:
— Да, мне это подходит.
Перед тем как отправиться в путь, Сун Цинлань внезапно обернулся.
— Оружие следует использовать тогда, когда оно необходимо. Лучше всего, если оно не покинет тело, но знаешь ли ты, что следует сказать, если его обнаружат местные жители?
Когда на него смотрели эти тёмные глаза, было трудно не увидеть в них поддразнивание. Они, казалось, говорили: «Ты не похож на полицейского».
Цзи Юйши закончил его слова:
— Нужно просто сказать, что мы из полиции.
Выйдя из леса, Цзи Юйши обнаружил, что это место было парком.
По пути они обнаружили наполовину съеденный труп под фонарем, что могло объяснить кровь и куски плоти на бродяге.
Несмотря на то, что парк находится в центре самой процветающей части города, в пять часов утра парк оставался безлюден. За исключением мусора, развеваемого ветром, и случайных пятен крови на дороге, ни одного живого существа не видно. В близлежащих высотных зданиях также никаких следов человеческой жизни. Весь город абсолютно безмолвен.
В этой жуткой атмосфере все выстроились в формирование и двинулись дальше.
— Капитан Сун, одиннадцать часов, офис управления парком.
Как будто беспокоясь о том, что может что-то нарушить, Цзи Юйши неожиданно заговорил подавленным голосом.
Он всё время был очень тихим.
Сун Цинлань посмотрел в указанном направлении.
Цзи Юйши хотел добавить фразу «Внутри есть свет», но Сун Цинлань заговорил первым и наклонил голову:
— Разделяемся. Идём и посмотрим.
Товарищи по команде рассыпались.
На главной дороге осталось только двое: Цзи Юйши и Сун Цинлань.
Подул утренний ветер. Несколько прядей волос Сун Цинланя упали на лоб, а его острые чёрные глаза слегка прищурились.
Цзи Юйши немного нервничал. Это чувство дежавю становилось всё сильнее. Может быть, Сун Цинлань тоже…
Он надеялся, что это так.
Но Сун Цинлань тут же спросил:
— Советник Цзи, как твоя психологическая выносливость?
Цзи Юйши: «……»
Его лицо внезапно побледнело, а пульс участился. Как будто его охватил кошмар, а он оказался внутри, и ему было трудно двигаться.