Лоб Анны тут же нахмурился.

— Да, ты мудрее меня. Это факт.

— Я просто подольше пожил. Анна, запомни, не все хотят быть спасенными. Многим людям просто нравится находиться в позиции жертвы. Это их жизненная модель поведения и неизменный факт, поэтому перестань винить себя в чужих грехах. Каждый человек сам способен решать, как ему жить.

Роккель еще крепче обнял Анну и оперся щекой о её макушку. Он никуда не торопил Анну. Просто молча ждал продолжение рассказа.

— Ты хочешь узнать, кем был тот парень?

— Если ты не хочешь, то можешь не рассказывать.

Анне тяжело было об этом думать, поэтому она оттягивала как можно дальше начало рассказа. После долгого раздумья она заговорила:

— Он тот, чьи похороны были сегодня утром.

Роккель об этом уже догадался, поэтому не давил с просьбой о рассказе.

— В воспоминании ты видел нашу с ним последнюю встречу, которая была чуть больше года назад. Изначально мы были просто друзьями на протяжении почти десяти лет. Но после смерти моего брата что-то между нами изменилось. Возможно, ему было просто меня жаль, и это была гуманитарная поддержка, которую мы не верно распознали. Так мы испортили крепкую дружбу какой-то мимолетной симпатией. Я его никогда не любила. Когда мы были в отношениях, я знала об этом, но все равно держалась за них. Думаю, в тот момент я просто боялась одиночества. Для меня он стал прослойкой, которая помогала скрашивать серые дни. Это плохо по отношению к нему, но это правда.

Я не хороший человек и этого не скрываю. Но когда он попытался использовать меня, я взбунтовалась. Я много раз поступала эгоистично по отношению к нему, но когда он решил отплатить тем же, то мне это, конечно же, не понравилось. Я бросила его так, ничего не объяснив. А потом он умер.

Она на мгновение умолкла, пара слезинок скатилась по её щекам. Анна посмотрела в глаза Роккеля и тихо продолжила:

— Роккель, я чаще, чем того хотелось, вижу смерть в больнице, но так и не смогла привыкнуть к этому. Для меня каждый раз как первый. И когда я вижу смерть кого-то из близких людей, то моя жизнь переламывается с немыслимой силой. С каждым разом все больнее и больнее, а близких людей у меня становится все меньше и меньше. Прости, что ты стал свидетелем моего главного страха. Ведь у нас не было даже первого свидания, а мы уже наговорили друг другу такого, что многие и после пятидесяти совместно прожитых лет не рассказывают.

— Спасибо тебе за доверие, — тихо промурлыкал Роккель. — Ты не эгоистка и не плохой человек. Просто с тобой случилось слишком много плохого. Ты изменилась после всех событий, и это тоже нормально. Любой, будь на твоем месте, не справился бы также хорошо, как это сделала ты. Поверь мне на слово, я знаю, о чем говорю. Анна, ты сильнее и умнее всех, кого я встречал за всю свою жизнь.

Роккель правда так думал. Анна не отводила взгляд от его плотно сжатых губ. Она в глубине души надеялась, что Роккель все поймет и поцелует её первым. Ей хотелось утопить всю ту боль в его теплых объятиях. Но воспитание Роккелю не позволило так воспользоваться этой ситуацией. Он повернул голову в сторону Анны и сказал:

— Анна, полагаю, тебе пора домой. Где ты живешь?

Почему ты меня не поцеловал?

— Около Таврического сада.

— Я тебя провожу домой.

Роккель неловко поднялся на ноги. Он вел себя как-то слишком странно. Анна последовала его примеру и тоже поднялась на ноги. Она одела туфли и разгладила руками края платья, которое сильно измялось. Они были смущены, но каждый по-своему: Роккеля одолевали стесненные влюбленные чувства, а Анну съедала досада от обиды.

— Мне нужно не много привести себя в порядок. — Глядя в маленькое зеркало в пудренице, проговорила она.

— Конечно, воспользуйся служебной уборной. Она находится прямо напротив кухни.

Пока Анна шла в уборную, Роккель в своей голове боролся со своими нежными чувствами.

Что, если она подумает, что я хочу просто ей воспользоваться? Нужно быть более галантным, а не первобытным козлом. В первые в жизни я хочу сделать все правильно. Я не должен облажаться. Приглашу её на свидание. Да. Завтра. Ресторан? Может быть, показать ей выставку в манеже? Можем…

Анна закрылась в уборной и глубоко вздохнула. Она посмотрела на свое заплаканное лицо в зеркало и не узнала сама себя. Ей показалось, что в её глазах произошли какие-то изменения. Хоть они и были заплаканы, но они искрили от счастья, как раньше в детстве. Она невольно улыбнулась, осознав этот факт. Анна смыла остатки косметики и решила просто подкрасить помадой бледные губы. Она открыла сумку в поиске помады. Попутно Анна достала телефон, чтобы узнать, сколько сейчас времени. Было почти четыре часа утра.

Действительно, пора выдвигаться в сторону дома.

Анна случайно заметила среди кучи уведомлений то, которое ждала получить сегодня с самого утра. Сообщение пришло в одиннадцать вечера.

Я могла прочитать гораздо раньше!

Анна разозлилась на себя. Это сообщение было от её коллеги, врача-онколога:

«Анна, здравствуй. Не смогла до тебя дозвониться. У меня плохие для тебя новости. Только что получила результаты твоих крайних анализов, и диагноз подтвердился. На МРТ все отчетливо видно. Как мы и предполагали, у тебя глиобластома. Понимаю, что это сложно принять, но начинать лечение нужно немедленно. Прошу, приди ко мне в понедельник на консультацию к 9:00. Позвони, когда прочитаешь. Крепко тебя обнимаю.»