Private-Bookers
Сборник статей и интервью 2008г.
вернуться

Кагарлицкий Борис Юльевич

Шрифт:

2) снижение реальной заработной платы;

3) перенос производства в страны с дешёвой рабочей силой.

Проблема неолиберальной глобализации состояла в том, чтобы, понижая заработную плату и социальную защищённость трудящихся, одновременно развивать потребление. Этого можно было достичь лишь за счёт того, что товары, потребляемые в странах «центра» производились всё более дешёвой рабочей силой на «периферии». Иными словами, если в начале ХХ века колониальная эксплуатация служила тому, чтобы, не затрагивая интересов капиталистов, повысить (за счёт сверхприбылей) доходы трудящихся Запада, улучшить их положение, то в конце ХХ и в начале XXI века тот же механизм использовался, чтобы понизить зарплату в странах «центра». В этом единственная новизна глобализации.

Другое дело, что такой подход довольно быстро исчерпывает себя. Отсюда кредитный бум в США, вызванный необходимостью поддерживать потребление при снижающихся доходах трудящихся. Кредитный пузырь лопнул - глобализация закончилась.

–  Согласны ли вы с тем, что метафора Фрэнсиса Фукуямы о «конце истории» свидетельствует о конце именно либеральной истории? Как вы оцениваете контраргументацию идеолога Роберта Кейгана в виде метафоры «конца конца истории»?

–  Нет, Фукуяма сформулировал мысль чётко. Тотальное торжество одной - либеральной - парадигмы и есть конец истории. Поскольку история, как назло, продолжилась, и сопротивление либеральному проекту только нарастает с течением времени, то наступил конец Фукуямы.

Впрочем, радоваться тут нечему: альтернативы далеко не всегда прогрессивны.

–  Можно ли считать философию хозяйства (Сергий Булгаков, Юрий Осипов; экономика «потребления» Тоффлеров) альтернативой капиталистической экономики, название которой в настоящее время считается некорректным в связи с полным отождествлением капитализма и экономики?

–  Альтернативой капиталистической экономике является социалистический проект. Или то, что называется скомпрометированным словом «коммунизм», то есть выход человечества за пределы экономики.

–  Есть ли будущее у такого историософского понятия, как «суверенная демократия», автору которого - Владиславу Юрьевичу Суркову - нравится выступать в амплуа public philosopher?

–  В некотором смысле Владислав Сурков оказывается у нас единственным публичным философом, но не потому, что других нет, а потому что нет публичной философской дискуссии как таковой - за исключением отчаянных попыток власти её инициировать. Власть искренне пытается это сделать, призывает к дискуссии, а получается монолог.

Почему? Да потому, что скукожилось публичное пространство, а то, что есть, заполнено симулякрами и разного рода самодельными франкенштейнами, настолько отвратительными, что они вызывают отчаяние даже у своих создателей. В этом плане Сурков мне представляется фигурой в чём-то даже трагической.

Если разбирать термин «суверенная демократия» как таковой, то он, в принципе, имеет право на существование в качестве противовеса демократии колониальной, как, например, в Индии времён Британского владычества или сейчас в оккупированном Ираке. Никто не скажет, что там вообще нет демократических свобод. Но их применение ограничено определёнными рамками и каналами, которые исключают народный суверенитет как таковой.

Есть ли в России «суверенная демократия»? Конечно, нет! В этом-то и беда. А то, что есть в виде управляемой демократии, очень похоже на колониальную демократию, где вместо колонизаторов - родные начальники.

–  Можете ли вы предложить декалог антиглобалиста (или человека, разделяющего левые взгляды)?

–  Думаю, что никаких заповедей нет и быть не может. Это всё-таки не религиозная секта, а общественное движение. Больше того, фланг политической жизни. Какие тут могут быть заповеди?

Если речь идёт о том, что в принципе отличает «левых» от «правых», то, разумеется, это отношение к капитализму и классовая позиция.

Хотя критическое отношение к капитализму не обязательно означает революционную или даже реформистскую позицию. Например, Перри Андерсон в последние годы считает, что возможна только культурная критика. В свою очередь я на этом основании решил больше не считать Перри левым.

–  Согласны ли вы с тем, что вместо термина «глобализация» корректней использовать термин «глокализация», предложенный английским социологом Роландом Робертсоном и соединяющий в себе две тенденции - глобальность и локальность?

–  Глобальное и локальное всегда были неразделимы. Вообще дискурс глобализации насквозь абстрактен и демагогичен (включая целый ряд «левых» антиглобалистских текстов). О чём идёт речь? О том, что на товарные рынки массово поставляется продукция, производимая нищими рабочими в тоталитарных государствах?..

Именно поэтому социологии глобализации в публичном пространстве нет. Я имею в виду не абстракции, а конкретные исследования, с цифрами и анализом конкретных процессов разного уровня. Есть философские рассуждения, общие слова, красивые разговоры. Как только начинается конкретный анализ, выясняется, что нет самого явления.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 242
  • 243
  • 244
  • 245
  • 246
  • 247
  • 248
  • 249
  • 250
  • 251
  • 252
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка