Шрифт:
— Мда-а-а… ну в принципе, ладно! Могло быть и хуже…
К тому моменту, когда начало темнеть, я уже закончил подметать дорогу, сгребать листья в мешки и слушать чужие смешки за спиной. Спина затекла, руки ныли, ноги гудели, а я начал крутиться туловищем, пытаясь хоть как-то вернуть телу ощущение, что оно всё ещё не окаменело от усталости.
— Ой, блин, всё тело затекло… ладно, надо бы закончить с этим.
Я поднял последний мешок с листьями и подошёл к мусорке, возле которой обнаружил какого-то челика с белыми волосами. Он сидел прямо на мусорке с довольной лыбой и спокойно потягивал пивандрий из баночки, причём это были знаменитые "Три Топора".
В общем, ну сидит и сидит, да и хер с ним, но он же уселся именно туда, куда мне нужно было выкинуть мусор!
— Эй, слышь, ну-ка свалил!
Белобрысый поднял на меня глаза и расплылся в ещё более довольной улыбке.
— О! Господин дворник! Сорян, я вас не узнал! Вот, пройдите к вашему рабочему месту!
Он быстро вскочил, изящным жестом указал на мусорку и даже немного поклонился, будто открывал передо мной двери императорского дворца.
Я посмотрел на него, на банку, на мусорку и устало сказал:
— Ну простите, сир бичара, что прервал вашу благородную дегустацию сего пивандрия. Как только я закончу сбрасывать в место вашей ночёвки сие творение, можете продолжать.
Он снова поклонился, на этот раз ещё торжественнее.
— Милости прошу!
Пока я возился с мешком и пытался запихнуть туда последние листья, он стоял рядом, довольно лыбился, продолжал пить и явно думал о чём-то своём. Я уже собирался спросить, какого черта он вообще делает возле мусорки с пивом, но тут издалека раздался звонкий голос президента студсовета:
— Кроу! Ты куда пропал?!
Белобрысый сразу поморщился.
— А, чёрт…
Он допил остатки, смял банку об лоб, метко кинул сплющенный металлический блин и попал прямо в мусорку как раз в тот момент, когда я уже закрывал крышку.
Из-за угла появилась Това. Она посмотрела сначала на него, потом на меня, упёрла руки в бока и прищурилась.
— Понятно! Кроу, ты тут не отвлекай новенького, а то я тебя знаю!
Кроу приложил ладонь к груди с таким оскорблённым видом, будто его обвинили в государственной измене.
— Кайчо! Да вы что? Да вы меня обижаете! Как вы могли подумать, что я тут что-то сделал с новеньким?
— А что ты тут делал тогда?
— Да я просто мусор выкидывал, а что?
— Ну-ну… — Това некоторое время смотрела на него с явным недоверием, а потом махнула рукой. — Ладно, идите сюда оба! Рин, ты же закончил убирать листья?
— Да, вот как раз последний мешок выкинул.
— Хорошо…
Она развернулась и пошла вперёд. Мы с Кроу двинулись следом и я покосившись на него, тихо спросил:
— Кроу?
Он так же тихо ответил:
— Рин?
— Будем знакомы, сир бичара!
— Как скажете, господин дворник…
Мы прошли за Товой дальше по дорожке и вскоре она остановилась возле высоченного дерева, на котором сидела рыжая кошка и жалобно мяукала, время от времени поглядывая вниз с таким выражением, будто все окружающие были обязаны немедленно признать трагичность её положения.
— Вот, — сказала Това, показывая наверх. — Снимите её!
Я поднял голову.
— Что?
— Снимите её, она там застряла.
Мы с Кроу посмотрели друг на друга. Кроу тут же хлопнул меня тыльной стороной ладони по груди и самодовольно ухмыльнулся.
— Смотри и учись!
После этого он подбежал к дереву и такой.
— Хопа-хопа!
Он ловко пробежался по стволу, подпрыгнул, схватился за ветку, крутанулся, забрался выше, затем ещё раз подпрыгнул и аккуратно поймал рыжую кошку, которая всё это время мяукала с таким возмущением, будто её не спасали, а мешали царственно страдать на высоте.
Кроу спустился по веткам, легко приземлился, перекатился через плечо и остановился прямо перед президентом.
— На! Я спас твою киску!
В следующую секунду Джордж вдарил ему кулаком по башке.
Кроу схватился за затылок.
— Ай!
— Не говори таких вещей при сейтокайчо! — строго сказал Джордж.
Това тем временем уже держала кошку на руках и растерянно посмотрела на них.
— Каких вещей?
— Да так, неважно, ха-ха! — почти хором ответили Джордж и Кроу, неловко смеясь.