— Да никто блин, забей.

Видя мою печаль, Лиэлия подошла к кровати и села рядом. Погладив меня по ноге, она нежно сказала:

— Не переживай, милый мальчик. Возможно, это подарок богов. Они не хотели, чтоб такая красота погибала, вот и дали тебе эту силу. Совсем ненадолго…

— Лиль, спасибо, конечно! Но просто так ничего не бывает, — успокоившись, ответил я и бросил взгляд на декольте, где трепетали два объемных упругих шара. Рука Лильки лежала у меня на бедре… Не знаю, как такое случилось, но я вдруг стал возбуждаться.

Стало безумно неловко. Не дай бог встанет при докторе! Попытался думать о чем-то скучном, например, о тренировках с Таисией. С той самой Таисией, которая имеет узкую специализацию… и не только ее.

— Да чтоб тебя, сука! — выругался, убрав женскую руку.

— Так, пациент почти что здоров. Осталось немного восстановиться. Неоднократные проверки показали, что магическая энергия отсутствует, — сбивчиво отчеканил доктор и потянулся ко мне, чтоб снять корону.

Вдруг его шар загорелся зелёным. Конечно, мне было плевать, но все же указал на стеклянную штуку, сказав:

— Эй, он чего-то мигает.

— Нет, это просто свет из окна, — ответил доктор, бросив мимолётный взгляд на предмет.

Затем, мужчина потерял дар речи, вытаращив глаза. Лилька тоже хмыкнула, глядя то на меня, то на шар.

— Что? Только не говорите, что мне пора в гроб, — воскликнул, глядя на них.

— Погоди, Талион! Ты не умираешь, отнюдь. Это магия… Видите?

— Вижу, — протянула Лиэлия.

— А я вот не вижу! Какая ещё магия, док? Вы ж сказали, что я пустой.

— Да… Кто бы знал. В тебе будто что-то свернуло, появился начальный уровень. Такого никогда не бывало. Но прибор точно не ошибается.

— Начальный уровень — мало. У моей тетки и то оранжевый. Хотя ее все считали пустышкой, — сказала Лиэлия.

— Хотелось бы с вами поспорить. Для мужчин Амазонума — это неплохой показатель, — поднял палец вверх доктор.

Тем временем, шар загорелся жёлтым. Медик ахнул и уронил его на пол. Стекляшка замерла возле кровати, наливаясь оранжевым цветом, потом синим, потом красным и фиолетовым, а дальше, снова погасла…

— Эй, это что? Это плохо? — произнес я как будто во сне.

— Капец, все оттенки почти! — воскликнула Лилька.

— Да, несколько магических спектров… в одном живом организме. Плюс огромный уровень нестабильности, — почесав подбородок, констатировал доктор.

Казалось, он грохнется в обморок от такой информации. Тогда я, наконец, снял железку и попытался всех успокоить.

— Погодите! Все круто! Я могу владеть разными видами волшебства. Это мощно! Можно стать как Гарри Поттер или какой-нибудь Кощей бессмертный. Лучше чем быть пустым.

Лилька кивнула головой и весело хлопнула меня по ноге.

— Не совсем, — сказал доктор. — Магия может не только помогать, но и вредить. Мы не знаем, с чем сталкиваемся. К тому же, сила ушла.

— И как ее снова вернуть?

— Да, мне хотелось бы иметь магического наложника!

— Никак! Я не знаю… — громко воскликнул доктор. — Надо повторить то, что ты делал.

— Я ничего особо не делал.

— Конечно, но только физически. А магия — это наша душа. Вспомни, о чем ты подумал, что чувствовал?

Я нахмурился и посмотрел в окно. Казалось, так будет лучше собраться, но на ум пришел только бред. Выходит, моя сила появляется от возбуждения? То есть, надо, чтоб у меня стоял, и тогда все попрет. Усмехнулся от этой мысли, ощущая себя идиотом.

— Что? Что ты делал? — дрожащим голосом спросил доктор, для которого это все было сенсацией века.

— Ничего… — протянул я, а потом все же решил сказать правду. — Смотрел на Лиэлию. На грудь ее, если точнее…

— О, какой ты горячий! — краснея, воскликнула Лилька.

— Давайте без ваших забав! Дело очень серьезное, — оборвал ее доктор.

— Конечно, серьезное. Моя магия работает за счёт возбуждения. Не знаю смеяться блин или плакать.

— Да уж, сделаю тебя старшим наложником!

— Помолчите! — всплеснул руками доктор. — Госпожа Лиэлия тут не причем. И ее тело, так скажем… Ты имеешь большой и, прямо отметим, странный магический потенциал, который проявляет себя во время эмоциональной нестабильности. Такое чувство, что магию в тебя заложили искусственно, и организм не понимает, как ей воспользоваться. Или даже не знаю.

Доктор потёр виски и поморщился, казалось, он свалится в обморок. Мужчина принялся собирать свои вещи, а после поспешил удалиться. Я хотел задать пару вопросов, но понял, что светило науки само плавает в теме. Решив его не смущать, лишь посмотрел на Лиэлию и пожал плечами.