Шрифт:
— По коням, товарищи! — объявил я, поднимаясь.
Сергеич наблюдал за нами с дальнего столика. Выглядел Никитка-хер-на-нитке непривычно — черные струпья почти сошли, и под ними розовела молодая кожа, гладкая, как у младенца. Лицо помолодело лет на двадцать, морщины разгладились, даже плешь на макушке начала зарастать.
Услышав мою реплику, он вскочил и пропел:
— По полю бредет табун, где им черпать силы? Жеребцы одни, итить, ни одной кобылы!
Эстер, протиравшая стойку, фыркнула. Макс закатил глаза.
— Сергеич, ты когда нормально разговаривать начнешь? — спросил он.
— А чего нормально? — Сергеич ухмыльнулся, продемонстрировав новенькие зубы — ровные, белые, будто только из стоматологии. — Нормально скучно. А песня — она душу греет.
Он меня удивлял. Вроде вороватый, хитрый проныра, но столько пользы принес и ничего не требует. Другой бы на его месте грудь пяткой пробил: «А я, а вот мне» — этот только песнями нас подбадривает.
Захватив РПГ и тюбики с белковой пастой, мы направились к амфибии. Поедем мы, конечно, по дороге, так быстрее и топлива меньше уйдет. Вот еще проблема: где брать столько соляры? Хорошо броневики не на бензине, тот быстро приходит в негодность.
Придется строить резервуар для него. Или нет, или бочки привезти? Мы ж нечасто на бэтээрах будем ездить, для небоевых перемещений у нас есть машины.
Занимая салон, предназначенный для десанта, я отправил Дитриха к водителю, чтобы торчал из башни и обозревал окрестности.
Вспомнились российские БТРы, на которых запросто рассаживались десять пехотинцев, этот же маленький, тут только два откидных люка в нашем отделении — и то хлеб.
Машина зарычала и тронулась. Опасаться было некого, и я откинул люк, высунулся по грудь. «Нагибатор» положил на пол, взял «Скорпион» — не нравилось торчать в консервной банке. В люк с другой стороны высунулся Тетыща, а Рамиз растянулся на лавке и попробовал дремать.
Солнце пекло макушку, просоленный ветер освежал. Я думал о вертолете, о том, что «Изобретательность» откатится ровно через пять дней. За несколько часов до нашествия охотников. В идеале перетащить бы вертолет на базу и там заняться ремонтом. Наверняка в Мабанлоке остались инструменты и детали… хотя не факт. Посмотрим.
Хватит ли часа, чтобы перетащить вертолет? Как оптимизировать процесс транспортировки? Донки-Конг! Его можно использовать как тягловую силу, пусть на платформе перетащит на берег, а дальше мы отбуксируем на базу. Если не найдем титана, можно отбуксировать на амфибии, но это будет медленнее, можем не уложиться в отведенное время.
За десять минут движения мы не встретили ни одного бездушного. Они появились только в районе Кали: амбал 22-го уровня и нюхач 30-го. Броневик шел бодро, и амбал отстал, а вот нюхач нас догнал. Терять на него время не хотелось, и пришлось залезть в салон и закрыть люки.
Тварь приземлилась на крышу с глухим ударом. Когти заскрежетали по металлу, и по салону прошла вибрация — будто кто-то водил вилкой по сковородке. Рамиз вскинулся, схватился за автомат.
— Спокойно, — сказал Тетыща. — Броню не пробьет.
Нюхач думал иначе. Он метался по крыше, пробуя на прочность каждый шов, каждый люк. Удар, еще удар. Скрежет сместился к корме — тварь искала слабое место.
— Да блин, ты задолбал! — крикнул Лукас и скомандовал: — Пристегнитесь! Ща заторможу.
Мы схватились за ручки. Мигель побледнел — для него такие развлечения были в новинку.
Лукас вдавил тормоз. Меня швырнуло вперед, ремень врезался в грудь. С крыши донесся хруст — нюхача снесло на капот. Водитель тут же газанул, и под колесами что-то отчетливо хрустнуло. Машину подбросило, тряхнуло, и дальше она пошла ровно.
— Готово! — отчитался Лукас. — Мне дали очки упокоений, представляете?
— Идеальный способ прокачки, — сказал Тетыща. — Наверное, Джехомар использует его: сажает за руль нулевку, он давит бездушного и получает очки.
Точно, — проговорил Рамиз. — А если собрать орду, это прямо очкопад. С титаном, конечно, не сработает.
— Да, похоже, что так, — сказал я, снова откидывая люк.
Джехомару в чате ничего советовать не стал, чтобы не отвлекать, хлебнул свежего воздуха. Дитрих помахал мне, с другой стороны высунулся Тетыща.
До места мы добрались за двадцать семь минут. Тут зомби было больше, но я взял их под контроль, и неприятностей они не доставили. Включать «Зов альфы», чтобы призвать Донки-Конга, не хотелось — мало ли что случится. Вдруг неопознанная тварь появится, и тогда он будет оружием последнего шанса. Наверное, будет.
Машина сбавила скорость и покатила к морю. И вдруг издалека донесся рев. Тетыща дернулся и прицелился в сторону звука, но я вскинул руку, улыбаясь:
— Это мой Донки-Конг, бездушное тягловое животное.