[Гарри Хатчет …

Связи в криминальных кругах: да

Вредные привычки: алкоголь, азартные игры.

Примечание: задолжал главе банды Черепов около двухсот золотых. Выполняет мелкие поручения для бандитов, выбивает из должников деньги, не гнушается пытками и убийствами. Хотел бросить службу и вступить в банду, но Череп приказал оставаться стражником.]

А это уже опасно. Власть сращивается с криминалом. У нас-то девяностые прошли, а здесь вот они, во всей красе, только тут вместо ПМ и калашниковых — магия и мечи.

[Вит Боло

…

Вредные привычки: алкоголь, азартные игры.

Примечание: задолжал крупную сумму денег нескольким бандам, отрабатывает долги под присмотром Гарри Хатчета. Отец отказался платить долги сына, сказав, что пора ему становиться взрослым. Завсегдатай борделя «Кошачья лапка» и псевдолечебницы «Касание богини».]

Понятно. Этот просто раздолбай. Гарри явно жестокий маньяк и псих, а Вит — разбалованный представитель местной «золотой» молодежи. Хотя такие детки зачастую творят ужасы похлеще маньяков. Короче, если в страже тут подобные кадры, то городу точно хана.

А если я ничего не придумаю, то и мне хана, причем гораздо раньше, чем городу.

Свернув несколько раз, оказываемся на немноголюдной улице.

Обнаглели! Собираются меня убить средь бела дня? Тут, может, и не толпы, но свидетели есть. Из окна вон какая-то матрона выглянула, делает вид, что белье развешивает, а сама зорким взглядом главной сплетницы осматривает улицу. У порога одного из домов стайка детей, режутся в какую-то игру.

— Пришли, — Гарри прижимает меня к стене, — отвечай быстро, а то нам делать больше нечего, как со всякой швалью по улицам шататься.

— Хорошо, хорошо.

В моей ситуации надо соглашаться со всем. Стражники привыкли, что их жертвы либо громко возмущаются, либо умоляют их отпустить. Искреннее желание сотрудничать для них в новинку и сбивает с толку. Они не знают, как себя вести.

— Я ни в чем не виноват, — продолжаю говорить. — Или у вас так принято? Ну всех подряд проверять? Понимаю, служба, приходится тратить время на мелкую сошку…

У Вита лицо перекосило от удивления, однако Гарри только больше нахмурился.

— Тут много бродяг из Пустоши. — Гарри слегка ослабляет хватку на моей рубахе. — Пробираются в город, а потом убийства происходят…

«Ох, чья бы корова мычала», — мысленно усмехаюсь я.

— Это вовсе не про меня, — невинно хлопаю глазами, — со мной никаких проблем. Я чту закон, особенно если это закон другой страны.

— Ты откуда будешь? — Гарри в этой двойке явно за главного, он задает вопросы, Вит стоит и смотрит по сторонам.

Сейчас момент опасный, надо что-то назвать, желательно подальше, чтобы сложнее проверить и чтобы у этих двоих не оказалось оттуда знакомых.

— Из Ландерберга я, торговец, приехал за товарами, — вспомнив Кроуна, отвечаю я.

Ландерберг — королевство отдаленное, как я понял из разговора с поставщиком, никто не проверит…

— Давно ты здесь? — Подозрительности в голосе стражника не убавилось.

Я как бы задумываюсь:

— Несколько дней. Приехал, прикупил дом, товары собираюсь сбывать и закупаться местными артефактами и древностями. Я недавно во Фронтире, так что первое время обживался и изучал город и жителей.

В голове прокручиваю, куда этот разговор может завести. По всему выходит, что благоприятных исходов нет. Если эти двое захотят, то убьют меня, и никто им не помешает.

Стражники переглядываются. Что-то мне такие гляделки не по нутру, как будто два людоеда решают, с какой части меня жрать и как готовить.

— Сегодня думал сбыть товар и вечером выдвигаться из города.

Как я сейчас выгляжу в их глазах? Как кусок мяса перед голодными собаками… одинокий торговец из далекой страны, впервые в городе, где-то у него товары на продажу, в отдельном доме. Для этих уродов просто джекпот.

— Контрабанда? — Гарри сильнее сжимает руку на моем вороте.

— Никакой контрабанды! — возмущенно взмахиваю руками. — Товар чистый! Ничего запрещенного! Я честный торговец.

— Ну, да, конечно. — Вит наконец вступает в разговор. — Все вы честные, пока большим кушем не запахнет. Тут-то вы и мать, и отца не пожалеете…

По себе судишь, мысленно отругиваюсь я.

Надо бы эмоции сдерживать, а то нарвусь на неприятности. Я сейчас для них испуганный и полностью сломленный человек. Они хозяева положения… пусть так и думают.