Шрифт:
Он вдруг повернулся ко мне.
— Рин Шварцер!
Я же вздрогнул всем телом.
— А?
— Где император Драйкельс решил собрать своих сторонников?
— А-а-а… ну…
В голове стало пусто.
Я лихорадочно попытался вспомнить, что мы вчера делали в домашней работе вместе с Розиной, какие там были даты, земли, имена, какие-то нагорья, какие-то кочевники, но вместо этого в памяти неожиданно всплыло, как она сидела рядом в лазарете и читала мне текст, а я смотрел на её, э-э-э, очень большие и красивые глаза.
Да-а-а…
Глаза…
"Что же там было-то?!"
И тут нейроны каким-то чудом всё-таки активировались. Я вспомнил её тихий голос:
"Император собрал своих сторонников в…"
Я резко поднялся.
— Император Драйкельс Первый собрал своих сторонников в Нордских Нагорьях, земле кочевников и древних традиций!
Томас довольно кивнул.
— Всё верно. Вижу, что вы даже несмотря на попадание в лазарет ответственно относитесь к учёбе.
Он одобрительно посмотрел на меня, а я сел обратно и только тут заметил, что Алиса, сидевшая рядом, успела написать на листе бумаги огромными буквами:
"Нордские Нагорья".
Наши взгляды встретились.
Алиса тут же покраснела, спрятала листок и резко отвернулась.
"Она что… переживает за меня?"
Когда уроки закончились, перед нами появилась Сара. Она прислонилась к преподавательскому столу, окинула класс взглядом и хлопнула ладонью по журналу.
— Ладно, ребятки, я вот что хочу сказать. Поскольку вы тут творите не пойми что, то знайте — после занятий вы можете делать всё что угодно, но в определённых рамках, хорошо? Рин, я это тебе говорю, если что!
— Э-э-э?! А я-то тут при чём?!
— Конечно, я всё понимаю, ты у нас такой ловелас, что девушки из-за тебя уже готовы тебя при всём честном народе пинать и на руках таскать, но ты как-то уж сдерживайся, что ли. Если из-за тебя вся академия передерётся на любовной почве, то я даже не знаю, что буду делать.
— Ладно…
Лаура и Алиса одновременно покраснели и отвернулись, парни поджали губы, явно стараясь не рассмеяться, Эмма поправила очки, а Фи вдруг с совершенно спокойным лицом медленно поднесла указательный палец к носу.
Мы все посмотрели на неё.
Фи задумчиво поковыряла в носу, достала козявку и вытерла её об стол.
В классе на несколько мгновений наступила мёртвая тишина.
У Макиаса, кажется, снова треснули очки. Он затрясся всем телом, вскинул руки к потолку и выглядел так, будто прямо сейчас готов был воззвать ко всем мёртвым императорам вместе взятым.
Юсис закрыл лицо ладонью и начал массировать виски.
Гайус смотрел на всех с искренним недоумением, словно пытался понять, что именно такого страшного произошло.
Эллиот зажмурился и ещё сильнее поджал губы, видимо уже жалея, что не остался дома и не учился где-нибудь в нормальном месте, где люди хотя бы не устраивают такие вещи прямо в аудитории.
Алиса раскрыла рот и у неё начал дёргаться глаз.
Лаура оскалилась, явно собираясь что-то сказать или сделать, но Сара посмотрела на неё с таким предупреждением, что Лаура тут же стерла ухмылку с лица и понурила голову.
Эмма тихо произнесла:
— Понятно…
И лучше тут было даже не сказать.
Сара выдержала паузу, потом продолжила так, будто ничего особенного не случилось:
— Короче! Через две недели будут практические экзамены, так что будьте готовы. Там будут важны ваши боевые навыки, поэтому тренируйтесь, но слишком с ума не сходите. Ладно, староста!
Макиас резко поднялся.
— Встать! Поклон! — мы встали и поклонились, ну а после окончания занятий все начали расходиться.
Я повернулся к Эллиоту:
— Ну что, Эллиот, в какой клуб вступишь?
— Не знаю, — ответил он, собирая тетради. — Наверное, в музыкальный.
— А ты, Гайус?
— В художественный, наверное. Порисую малость.
Мы с Эллиотом переглянулись.
— Серьёзно?!
Гайус спокойно кивнул.
— Ну да, а что?
— Просто мы думали, ты ещё чем-нибудь будешь заниматься.
— Меня всегда интересовало искусство, — сказал он. — В моих родных ебенях с этим было туго, так что вот.