Хилс Темми
Шрифт:
— Завтра утром я приду к тебе в магазин. Мне нужна квитанция, подтверждающая, что ты купила это ожерелье и серьги.
Она вызывающе вскинула голову.
— А если я ее тебе не отдам?
— Отдашь, Рэйчел. Ведь я единственная твоя надежда.
Глава 9
Остановившись на красный свет, Рэйчел устало закрыла воспаленные глаза и сделала глоток травяного чая из дорожного термоса. Она несколько раз почистила зубы, но до сих пор чувствовала во рту неприятный привкус, оставшийся от выпитого вчера вина. Тупая боль в висках, над бровями и у основания черепа не покидала ее ни на секунду.
Больше ни грамма спиртного, поклялась она. И больше никаких ужинов с Джексоном. Хотя она сомневалась, что когда-нибудь ей придется беспокоиться по этому поводу. Во всяком случае, его уход был весьма красноречив. Ледяная ярость застыла в его глазах. Ей тогда показалось, что она физически ощущает старательно созданный им вокруг себя защитный барьер. Его приказ отдать квитанцию прозвучал явной угрозой, которой Рэйчел не осмелилась противиться из страха, что он отдаст ее в руки полиции прежде, чем она сможет доказать непричастность Пенни. Но как сделать это, не сообщив Джексону всех деталей, она не знала.
— Зеленый свет, Рэйчел, — раздался рядом громовой голос Эмили. — Ты едешь или собираешься торчать здесь все утро?
Рэйчел с трудом разлепила веки и увидела, что действительно горит зеленый свет. Нажав на газ, она свернула на Престон-роуд, чувствуя, как все переворачивается внутри. О Боже! Замедлив ход, она поехала к магазину.
— Спасибо, дорогая, что утром заехала за мной. Мисс Бастет, ну-ка брысь. Весь костюм будет в твоей шерсти. — Столкнув кошку на пол, Эмили вздохнула. Не могу поверить, что у моей машины сдох аккумулятор. Ему еще и года нет…
— Ничего страшного, мама. Днем купим новый, — прошептала Рэйчел.
Сколько же нужно времени, чтобы аспирин подействовал?
— Знаешь, сегодня мы могли бы позволить себе кое-что неординарное. — Эмили опустила защитный козырек и принялась рассматривать в его зеркальной поверхности, достаточно ли хорошо подведены помадой губы. — Почему бы нам не закрыть магазин и не отправиться в торговый центр за покупками, а потом пообедать? Только ты и я. Вот было бы здорово.
В иных обстоятельствах Рэйчел и в голову бы не пришло не открывать магазин, но, зная, что там появится Джексон с явным намерением испортить ей остаток и без того тяжелого дня, подобная идея выглядела весьма заманчивой. Достаточно того, что она перебрала вчера, а уж просьба поцеловать ее… От унижения мурашки побежали по покрывшейся испариной коже. Она отдала бы что угодно за возможность вновь пережить вчерашний вечер. Понимая, что это не в ее силах, Рэйчел подумывала вернуться домой и провести весь день, а возможно, и всю следующую неделю в постели. Она посмотрела в боковое зеркало, подыскивая удачный момент для разворота. Но если она спрячется, то всего лишь на день отсрочит неизбежное. К тому же отведенный ей срок подходит к концу. Прижав ко лбу теплый термос, Рэйчел сказала:
— Давай в другой раз, мама.
— Что случилось, милая? Что-то мне не нравится твой вид.
— Просто немного болит голова. Тупые удары боли продолжали сотрясать череп изнутри. Нет, определенно, больше никогда никакого вина!
Подъехав к торговому центру, Рэйчел поставила машину на стоянку перед своим магазином и взяла с коленей сумочку.
— Пойдем, мисс Бастет. Пора работать. Кошка привычно пробралась между ногами у Рэйчел и грациозно покинула машину.
— Взгляни, милая, покупатель уже ждет открытия. И только посмотри, кто это такой…
Бросив взгляд через ветровое стекло, Рэйчел издала мучительный стон. Головная боль, волнами подкатывая ко лбу, стала нестерпимой. В свободной белой рубашке без воротника, небрежно заправленной в джинсы, и в спортивных ботинках Джексон стоял, прислонившись к каменной ограде, и из-под полуприкрытых век внимательно наблюдал за ней. Рэйчел показалось, что она на расстоянии ощущает исходящее от его атлетически сложенного тела напряжение, и это лишь усилило ее смятение от его присутствия здесь. Голова шла кругом, внутри все тряслось, хотя теперь эти ощущения не имели никакого отношения к количеству выпитого вчера вина.
Со вчерашнего дня ничего не изменилось в задумчивом; хмуром выражении его лица, поняла Рэйчел, готовая кричать от отчаяния, но понимавшая, что этим ничего не изменит.
— Похоже, он всерьез заинтересовался тобой, дорогая.
Рэйчел горько усмехнулась.
— Вряд ли…
— Не обращай внимания на его хмурый вид, — сказала Эмили. — Я много раз видела у мужчин нечто подобное. Точно, ты ему нравишься. Он злится, но ты ему нравишься. Я так понимаю, что вам вдвоем не удалось разрешить его проблему.
— Не удалось.
Неужели мать права в отношении Джексона? Определенно в его глазах есть нечто такое, что иначе как интересом назвать нельзя.
— И чем же он так расстроен? — Эмили накинула на плечо ремешок сумки и открыла дверь. — Возможно, на этот раз я смогу ему помочь. Ему очень пойдет один из тех шелковых галстуков, полученных нами из Франции.
— Нет! — отрезала Рэйчел и тут же пожалела об этом. Она потерла виски и, покидая машину, бросила на ходу:
— Я сама с ним займусь. Ой пришел, чтобы кое-что забрать.