Шрифт:
— Ты всё ещё уверен в том, что на «Объекте» нет никого из плоти и крови? — спросил Роберт.
Святослав, не раздумывая, кивнул: — Глупо и смертельно опасно отправлять биологического контактёра через космос, если необходимо собрать данные, достаточно отправить автоматическую станцию или что-то на неё похожее, так поступали и мы с Марсом и той же Венерой.
— Тогда тем более эти действия должны вызывать подозрения, — уверенно произнёс Роберт.
— Почему именно сейчас? — Григорьев думал над другим, над безопасностью корабля и как подвести его к «Объекту».
— Да.
— Миша, у нас проблемы, — Джексон отвлёк внимание на себя, он и Ву только и успевали перещёлкивать тумблерами, — сила притяжения Венеры постоянно вносит коррективы в наш путь.
— Ого, — неожиданно выдал Родриго, изучая поведение приборов. — Похоже на электромагнитное поле.
— Чего? — Григорьев подплыл к нему. — Чего ты несёшь, у Венеры нет магнитного поля.
— А данные показывают его наличие.
— Это не планеты, это их корабля, — заявил Святослав. — Он так защищает себя и нас.
— Нас? — не поверил ему Ву. — Зачем?
— Чтобы могли высадиться, — хмуро произнёс Линь, — он тоже ждёт нас.
Экипаж замолчал, погрузившись в тяжёлые раздумья, изредка переглядываясь между собой. Все опасались ловушки и в то же время понимали, Венера несёт для них куда очевидно большую опасность. «Объект» расположился слишком низко над планетой. Им придётся удерживать «Миссию» на этой орбите, тратя энергию реактора, перегружая его постоянной работой.
— Что он от нас требует? — подобрался Григорьев к Святославу.
— Ровным счётом только одного, идти по указанному маршруту.
— То есть, нам придётся позволить ему внести корректировку в наш навигатор? — спокойно спросил Роберт. — Позволить им получить полный доступ к нашей системе автоматики и управления?
— Получается так.
— Я не азартный человек, но сейчас готов поставить тысячу к одному, что в итоге это выйдет нам боком, — процедил Хайнлайн, недобро покосившись на Григорьева. — Мы не знаем, кто они такие и что привело их к нам, а уже готовы доверять до такой степени?
Михаил посмотрел на Ву и Джексона, молчаливо спрашивая у них совета.
— Нам нужна эта навигация, — отреагировал Джексон. — Без наших спутников мы слепы, пытаемся совершить стыковку на глаз, всё равно что сажать самолёт без учёта приборов в неизвестной местности да ещё в кромешной темноте. Точно знаешь, под ногами земля, но вот что на ней, понятия не имеешь, и любой камень размером с кулак способен перевернуть твой самолёт.
— Тогда я готов взять на себя ответственность, — решительно произнёс Григорьев.
Дмитрий видел, как губы Хайнлайна непроизвольно дёрнулись, и тот сложил их в беззвучное «чёртов красный».
Или же ему так показалось.
Святослав хотел позволить данным с «Объекта» попасть в систему «Миссии», но был остановлен рукой Григорьева, он сам решил сделать это.
Мониторы пару раз мигнули, затем стали чёрными прямоугольниками, все затихли, у всех одновременно промелькнула одна и та же мысль — зря так поступили. Но вот они вновь засветились, показывая курс.
— Идём, — решительно провозгласил Григорьев, возвращаясь на место.
«Миссия» теперь уже уверенно двигалась навстречу «Объекту», что быстро рос в размерах.
— Здоровенная махина, — произнёс Диллип, разглядывая корпус космического странника.
В относительной близи корабль пришельцев и впрямь казался громадным, размерами превышая всё то, что когда-то человечество умудрилось запустить в космос.
Теперь возможно разглядеть обшивку, она в самом деле похожа на чешую исполинского дракона и имела тоннели на поверхности.
— Скорее всего, это сопла двигателей, — уверенно произнёс Родриго, придирчиво изучая картинку.
— С чего взял? — хмуро спросил Роберт, его недовольство принятым решением прямо хлестало через край.
— Других нет, — получил короткий ответ. — А у них довольно любопытное представление о ракетостроении, — бразилец продолжал изучать данные. — Но знаете что, а ведь это удобно, — выдал неожиданный вердикт. — Нет нужды делать манёвры, чтобы развернуться, достаточно лишь переключиться в другое положение. Интересно, какое топливо используют? Явно же не как мы сейчас, то есть это не ядерный двигатель.