Шрифт:
Это я отнял у Селесты ее мечту. Все ее обещания развеялись в клочья из-за черной магии.
Милена некоторое время молчала. Затем она села рядом со мной и обняла меня за плечи. Я вздрогнул от ее прикосновения. Сначала. Не то чтобы мне это не нравилось Просто я к этому не привык. Мне было странно иметь связи в этом мире. Часть старого, часть нового. Но это что-то значило. Люди созданы для общения. Я искренне в это верю.
— Иногда, — задумчиво начала Милена, — детали не имеют значения. Прошлое. То, что мы делаем. Случайные вещи, которые происходят. — Она вздохнула. Было очевидно, что она думала о Селесте всякий раз, когда я был рядом. Я ненавидел себя за то, что причинил ей эту боль. — Циско, что бы ни случилось, что бы ты ни сделал, все в порядке. Я вижу, как тебе тяжело, но... все в порядке.
Я снова отвернулся. Что она знала? Но я понял, что был единственным, кто больше не знал, как быть человеком. После смерти я бросил семью и друзей. Мама, папа и Селесте тоже умерли. С этим пришлось столкнуться Милене, а не мне. Она была той, кому нужно было двигаться дальше и принимать трудные решения.
Раньше я думал, что я умнее всех остальных. Даже лучше. Я не был странным, они были шутами. Я был прирожденным магом, что только укрепляло эти убеждения. И это отдалило меня от моей семьи. Не важно, насколько сильным или опытным я стал, я не смог спасти их. Я не смог спасти себя.
Я бы отдал все, чтобы вернуть их. Свою магию. Даже свою жизнь. Только бы они могли жить.
На глаза навернулись слезы. Я вытер лицо и сжал челюсти, молча ругая себя. У меня не было времени на слабость. Мне потребовалась вся моя концентрация, чтобы сдержать эмоции. Это был глупый момент, и я ненавидел его, но я победил.
Милена заметила мою задумчивость и обняла меня. Она не задавала вопросов. Она просто молча ждала вместе со мной. Это было удобно. Это было похоже на дружбу. Это было похоже на доверие. А в последнее время я очень мало об этом знала.
Напряжение спало с моих мышц. Я больше не был взвинчен. У меня все еще болело (и так было много чего), но я расслабился. Я поднял руку и обнял Милену, чтобы обнять ее в ответ, и внезапно почувствовал неловкость. Я не должен был этого делать, но я это сделал.
Я был с горячей штучкой, но что-то было не так. Я слишком переживал из-за того, что подумает Эм. Как же это было нелепо! Эмили была замужем, у нее была дочь. Наверное, старые предрассудки самые вредные.
Я отстранился. Милена слегка смутилась, села, а потом резко встала. Я хотел что-то сказать, но промолчал. Она скрылась в коридоре, и я вздохнул с облегчением, когда она вернулась. Она протянула мне одеяло и подушку и улыбнулась без осуждения.
Это была хорошая улыбка. Сейчас мне нужна была такая поддержка. Я улыбнулся в ответ, а потом окинул взглядом ее фигуру. У нее было пышное тело, но талия оказалась гораздо тоньше, чем я помнил. Футболка задралась на бедре, и мы одновременно поняли, что она стоит передо мной в нижнем белье. Она тут же опустила подол.
— Извини, — сказал я.
Она отмахнулась.
— Ничего страшного. — Она заговорила быстро, еще до того, как я закончил извиняться.
Я выпрямился на стуле, желая сменить тему, но мне было трудно смотреть ей в глаза. Судя по тому, как она переминалась с ноги на ногу, она думала о том же.
— Знаешь, — сказал я. — Я сегодня видел Эмили.
Иногда я говорю самые глупые вещи.
Милена села, на удивление сочувственно глядя на меня.
— Мне жаль. Я должна была сказать тебе, за кого она была замужем. Я просто не мог ла заставить себя сделать это после того, как рассказала тебе о твоей семье.
— Это не имеет большого значения. Я понимаю.
Она кивнула, но я мог сказать, что она все еще чувствовала себя неловко.
— Ты был в Церкви Святого Мартина?
Я указал на швы у себя на груди.
— Вот откуда у меня это.
Она наклонилась и прижала меня к подушкам. Ее пальцы прошлись по золотой метке Каспера на ране.
— Магия?
— Не моя, — неуверенно ответил я.
Она молча провела пальцами вверх и вниз по моей груди.
— Может, тебе стоит как-нибудь показать мне это.
Я не был уверен, но Милена была на грани флирта. Это был не самый удачный ход с моей стороны, но ровно через две секунды я потерял сознание.
Эй, дайте мне передохнуть. Сколько раз в вас стреляли, вас кусал немертвый питбуль, вы попадали в ловушку гигантского паука и на вас охотилась банда гаитянских вудуистов, и все это после того, как вы просыпались в мусорном контейнере после того, как вас убили прошлой ночью? Иногда я клянусь, что моя жизнь похожа на эпизод из "Сумеречной зоны". Даже лучше: насколько я знал, я жил и умирал каждый день, повторяя бесконечный цикл "Дня сурка". Это был мой личный вкус ада.
Милена сказала, что иногда детали не имеют значения, но она ошибалась. Детали, это то, что мне было нужно. Я знал, что был зомби, но какого рода? Служил какому делу? Что именно со мной произошло? И буду ли я все еще жив, когда проснусь?
Все вопросы исчезли под ласками Милены, и мне приснилось множество вещей, как живых, так и мертвых.
Глава 26
На следующий день я проснулся холодным, как труп, под толстым одеялом. Должно быть, Милена включила кондиционер на полную мощность. Я лежал на диване, вытянувшись во весь рост, и мне было бы удобнее, будь это не просто диванчик для влюбленных, а что-то более комфортное. Голова и ноги свешивались с подлокотников, и мне казалось, что в спину мне воткнулся пульт от телевизора. Это было самое удобное место за последние несколько дней.