Шрифт:
«Первый этап обращения ци меча явно нацелен на то, чтобы закалить тело бога в тело бога войны, но даже после полного цикла 9-го обращения ци меча я ощутил лишь слабые потоки дьявольской ци, что начали закаливать мое тело. Этого мало для создания тела бога войны, и если я хочу закалить тело, то с этой техникой мне придется тренироваться сотни лет, и то не факт, что этого будет достаточно…», — засомневался он.
— Скажи мне, дух испытания, я правильно понимаю, что для создания тела бога войны одной лишь техники обращения 9 потоков ци меча недостаточно? Возможно, мастер Парагон оставил что-то еще для помощи своим преемникам… — чувствуя, что с испытанием что-то не так, спросил Александр.
Дух испытания не спешил отвечать, однако он появился из стелы и начал парить над телом Александра.
— Ты смог завершить первый этап девяти циклов обращения, а значит, достоин идти по пути дао меча моего мастера, — начал хвалить его дух испытания.
— И что это значит? — смотря на духа, фыркнул герой.
Дух подлетел к стеле, и та засияла, будто сейчас из нее покажется сокровище, после чего он поспешил объяснить:
— Хозяин оставил сокровища для закалки тела в тело бога войны, без которых почти невозможно закалить тело до должного уровня, — торжественно произнес он.
С сиянием стелы воздух задрожал, отчего даже Леонард, постигающий техники со стены, поднялся с места.
— Похоже, что наставник оставил для вас что-то хорошее, это точно должно помочь вам с прохождением испытания, — начал поздравлять Леонард.
Демон раздора был искренним, потому как от успеха Алеина зависело то, покинет он это место или останется здесь навсегда…
Александр кивнул, подумав о том, что Парагон действительно позаботился о своих преемниках. Если бы Александр хотел сам построить тело бога войны, то это заняло бы сотни лет повторения первого этапа с 9 циклами обращения ци меча. Однако если есть какое-то сокровище, то этот процесс пройдет намного быстрее.
Подойдя к стеле, Саша протянул руку, ожидая, когда появится сокровище. Стелла засияла еще сильнее, и в зале испытания послышался громогласный голос:
— Прими эти три фрукта дьявольского дао и пройди мое последнее испытание. Я верю, что моя воля не будет забыта, и с этой техникой ты сможешь отомстить за нас и сразить владык.
Голос звучал властно и был наполнен очень сильной волей меча, будто сам Парагон, оставивший технику, на самом деле верил в то, что его преемник сможет сразить владык, благословляя преемника на великие свершения.
Однако в следующую секунду что-то пошло не так, и лицо Александра искривилось. Он увидел, как показался поднос, сияющий в золотом свете, однако на нём ничего не было…
— Это же не фрукт дао? — смотря на золотой поднос, засомневался Александр, — или как это есть…
Схватив поднос, Александр укусил его, оставив на подносе несколько вмятин. Однако это не было сокровищем, а просто куском металла А2 ранга, драконье золото…
— Это не фрукт… — с запозданием предупредил Леонард.
«Это что, шутка какая-то, где мои фрукты», — поднимая глаза на парящего духа, мысленно выругался Александр.
Он чувствовал себя обманутым, потому как он не получил сокровища, что по праву достались ему от наставника…
Дух меча молча парил над их головами, не изменившись в лице:
— Хозяин оставил 30 фруктов дьявольского дао для помощи в развитии тела бога войны, однако предыдущие участники испытания уже использовали их все. Поэтому для вас ничего не осталось, — так, будто это очевидно, и с этим нужно было смириться, закончил дух.
— Что!? — выпалил Леонард, — как мы должны в это поверить! — гневно фыркнул он.
Александр также чувствовал гнев, он уже чувствовал, что что-то не так, когда дух ранее хотел его наградить на первом испытании, однако он еще тогда сказал, что у него ничего нет…
— Ты говорил, что до меня 3 испытание начали проходить всего лишь несколько практиков! Я допускаю, что каждый из них справился с 9 циклами обращения, и ты им дал по 3 фрукта дао, но тогда скажи мне, дух, как они смогли потратить 30 фруктов дьявольского дао, если каждый должен был получить всего по 3 штуки? Я не верю, что для меня не осталось ничего!!! — в голосе Александра чувствовалась дрожь.