По прямой до места встречи было немногим больше тридцати километров, Наташа разогналась на малой Батарейке положив стрелку спидометра вездехода вправо. По ощущению двигались они со скоростью, далеко превышающей сто километров в час. Скопление аномалий заметно поубавилось, стоило им только отъехать на пару километров от убежища. Дальше они встречались гораздо реже. Однако огромная бордовая по-прежнему висела над кратером того, что раньше было Волоколамском. Чем ближе подъезжали к городу, тем больше ощущалось дыхание смерти. Кто там мог выжить, когда ракета уничтожила одним махом целый город?

Вездеход пересёк городскую черту с востока. Разрушенный город, укрытый серым снегом, строительный мусор в который превратились здания, кое-где просматривались остовы фундаментов, но по большей части один пепел и невообразимый хаотичный бурелом из стали, бетона и расплавленного кирпича. Деревянных деталей почти не сохранилось, кое-где остались обугленные головешки и на этом всё. Смерть, радиация и запустение с пронизывающим завывающим ветром, гоняющим по улицам снег.

— Роза, я хотел с тобой поговорить, — Мамонт обратился к переговорному устройству. Овца с Рыжиком находились в жилом модуле. Девушка встрепенулась и отвлеклась от Рыжика.

— О чём, дядя Мамонт? — она по-прежнему неизменно называла его дядей, а Наташу тётей.

— Я тебе попрошу взглянуть своим даром на людей, которые придут к месту встречи. Только ты вслух ничего не говори, если что-то заметишь, договорились? — Мамонт старался быть убедительным.

— Я не глупая, и прекрасно знаю, что с неизвестными лучше не откровенничать! — произнесла Роза.

— А так сразу по тебе не скажешь, — ввинтила Кроха.

— Кроха! — прикрикнула на неё Наташа.

— Всё, тётя Наташа, молчу, — подражая Розе ответила Кроха.

— Если ты что-то заметишь, любое малейшее подозрение, сразу шепчи мне, а лучше отзови в сторону, хорошо? — Мамонт спокойно объяснял девушке как поступить. — Лучше нам перестраховаться, чем получить шпиона и нож в спину.

— Неужели я не понимаю? Чего вы со мной говорите как с маленькой! — возмутилась девушка.

— Ты посмотрела тех, кто у нас сейчас живёт под Куполом? — спросил Мамонт, игнорируя эмоции.

— У нас все нормальные. Ничего дурного не замышляют. Они же воевали все против бандитов!

— Хм, бывали случаи и похлеще для того, чтобы внедрить шпиона, — не согласился Мамонт, — но да, согласен, это не тот случай. Не стал бы Старик разменивать сталкера и потом никого нового у нас не появилось.

— Думаешь до такого могло дойти? — не поверила ему Наташа.

— Могло, не получится взять в лоб, так нас в убежище останется агент Старика. Мы ему не нужны, а вот наши артефакты вполне. В нынешних реалиях артефакты, это жизнь.

— Точно-точно, — поддержала Мамонта Кроха. — Никуда без них здесь не деться. Долго бы мы протянули без Купола?

— Дядя, Мамонт, все кто сейчас в убежище нормальные, — второй раз заявила Роза.

— Хорошо, но каждого следующего человека, Роза, ты осмотри с особой тщательностью, — особенно акцентировал Мамонт.

— У меня одна тщательность, она же последняя. Я сразу вижу мысли человека! — оскорбилась Роза.

— И наши тоже? — вскрикнула Кроха.

— Только если захочу или прикажет дядя Мамонт или тётя Наташа, — Овца показала ей язык в объектив камеры.

— Ладно, с этим понятно. Интересно, гномов ты сможешь прочесть?

— Не знаю. Увидеть бы кто это для начала, — пожала плечами Роза.

— Километр до места, Мамонт! — Наташа начала тормозить вездеход. — Рыжика будем запускать?

— Ой!

— Не ойкай, пришло время расплаты! — зловеще сказала Кроха. — Натаха, справа у длинного сгоревшего магазина ставь машину.

— Почему магазин? От здания один фундамент остался, — спросил Валера-Кощей.

— Я была здесь до войны. Гастроном здесь был, а дальше парикмахерская. Кстати, в четыре этажа здание стояло, а теперь один подвал остался. Аномалий рядом нет, партизан вроде тоже нет, — Кроха полезла наружу.

— Саша, ты на пулемёте остаёшься. Марина, на выход, — скомандовал Мамонт.

— А я? Я же тоже могу неплохо взрывать мозги, — спросила Наташа.

— Вы, мадам на рычагах, мало ли что. И не глуши машину.

— Я никогда не глушу вездеход, лейтенант. Хорошо, если что я и из кабины могу взорвать.

Кроха держала в руках один Рубин. Мамонту показалось, что он стал больше и горел изнутри как Кремлёвская звезда. Девушка осторожно положила его на чистую от обломков поверхность. Он тотчас расплылся неровным овальным пятном в пару квадратных метров. Марина не смотрела на нас, она по наваренной Клёновым лестнице поднялась к КПВТ на крыше вездехода и заняла наблюдательный пост закрепившись за пулемёт. Овца прижимала к себе кота, он шипел и пытался царапаться, когда Кроха привязывала ему на шею верёвку с посланием в специальном карманчике. На той стороне его ждал агроном Иванов с большим сачком на всякий случай. Наконец Овца бережно опустила Рыжика прямо в аномалию и резко отскочила. Кот с ужасом и громким мяуканьем исчез в рубиновой кляксе. Судя по выражению его лица, месть нас ждёт настолько жестокая, с которой ещё не сталкивался ни один человек. Мы замолчали, внимательно всматриваясь в ровную поверхность аномалии. Прошла минута, вторая и вдруг неожиданно из красной лужи вылетел Рыжик. Извернувшись в воздухе, он чуть не улетел обратно, но Овца успела его подхватить. Никто другой бы не решился на подобный трюк.