Шрифт:
местного Казанову — ехидная улыбка расплылась на его лице — он к этой девке раз
в месяц ходит. И заметь, не чпокаться, а красоту наводить, чтобы других таких
же клеить.
— Ещё скажи, что
как раз на маникюр они и клюют? — поржал я в ответ. Мне даже гадать не нужно о
ком он говорит.
— Да кто ж этих
баб разберёт — пожал плечами — но тебе лишним не будет. Не забывай, судья тоже
баба, и ты должен ей понравится.
Это было утром.
Потом суд, и вот я из покойника превратился в человека. Бывшая, увидев меня,
умело разыграла обморок, а затем активно доказывала, что я вру. Военный юрист
смог не только доказать мою личность, но и выдвинуть встречный иск о
мошенничестве. Так что эту сучку теперь ждут долгие судебные разбирательства.
А, возможно, и срок до десяти лет лишения свободы.
Если честно, я
не горю желанием посадить её в тюрьму, но адвокат считает, что чем сильнее
припугнуть, тем быстрее она даст мне развод.
Смотрю на часы,
единственное дорогое, что у меня осталось, и то потому что не снимаю, даже
когда на задание иду. Парни подарили, когда майора получил, там и гравировка
есть. Правда нейтральная, только дата, но всё же.
Час ночи.
Два часа назад Андрей
притащил меня в это клуб оторваться и отметить. Напоил, накормил и пошёл
искать, с кем бы развлечься. А я вышел покурить. Потрещал с охранником, подышал
свежим воздухом и только решил вернуться, как толстый боров вынес на плече из
клуба визжащую девчонку, чуть не сбив меня с ног.
Мини-юбка
задралась, открывая вид на кружевные стринги и голую задницу, чулок сполз, а
сумочка упала мне под ноги.
Охранник поржал:
"смотри, ещё одну шлюшку муж выловил". Но я ему не поверил, уж очень
активно она отбивалась. Била кулаками по спине, кусалась и пиналась, пока он
запихивал её в машину.
И я решил
вмешаться. Нет, можно было бы и не вмешиваться, но...
В этих бездонных
глазах стоял ужас. Самый настоящий, который мне сниться ночами после
командировок в горячие точки. Не знаю, скольких таких девочек я спас от
террористов за последние годы, но оправились не многие.
— Марат —
представился я и страх стал отступать. Она ещё пыталась разглядеть своего
несостоявшегося похитителя за моей спиной, но в глазах уже зарождалась надежда,
что её не обидят.
— Злата —
ответила она ангельским голоском.
— Тебя проводить
надо — это был не вопрос, а предложение. Но блондинка только посмотрела на вход
и что-то прошептала про подружек.
Красивая. Очень
красивая и слишком юная, для этого места. Такая хрупкая и нежная.
Я завёл Злату
обратно, и она задрожала. Оказывается, этот моральный урод просто схватил
девочку посреди танцпола, закинул на плечо, и никто ничего не сказал. Охрана,
посетители, официанты, все проигнорировали трепыхания пленницы.
— Ничего не
бойся — прошептал ей и почувствовал, как она расслабляется. Пару коктейлей,
шуток и в глазах появляется безграничное доверие ко мне. Её прикосновения
становится смелее
Она что-то
рассказывает, про какого-то дядю, что заставляет её выйти на работу, про тётю,
которая купи платье и туфельки, про подружек, кинувших её, и оставив без
ночлега.
Она целует меня.
Сама. Потому что я гораздо красивее Славика, и теперь Наташка будет ей
завидовать, а не наоборот. И лезет под свитер, потрогать кубики, потому что
никогда не видела такого накаченного пресса, а её подружка Лика
считает, что мужчина должен быть не только богат, но и красив. И проводит
по волосам, чтобы узнать, почему они такие мягкие и вьются. Ведь это так
классно, когда у тебя вьются волосы. А у неё не вьются. Так что мне повезло и
какой-то Ульяне тоже.
Поплыла девочка.
Заглядываю в её
глаза, замутнённые влечением и алкоголем, провожу большим пальцем по губам.
Чёрт, как же я
сейчас хочу её.
— Я хочу тебя —
из её уст слышу собственное желание и целую.
Злата
отвечает, неумело, но со всей страстью, на которую способна, и мой мозг