Немезида уже успела облачиться в классический докторский халат и стояла перед нами с планшетом в руках.

— А какие возможности у твоего оборудования? — спросил генерал.

— Пошли покажу.

Мы прошли по коридору в отдельный зал. Больше всего место похоже на лабораторию, которая была на базе, где надо мной хотел ставить опыты доктор Ри. Только тут попросторнее и на вид оборудование более навороченное, а так и операционный стол с повисшим над ним многоманипуляторным хирургическим роботом-пауком, и прочие медицинские навороты присутствовали.

Залов, заставленных оборудованием, было три. Навороченных капсул хватало, чтобы все могли разместиться одновременно. Показав свои медицинские хоромы белопластиковые, Немезида провела нас обратно в гостиную.

— Отсюда я могу сделать ИДы, пищи хватает, оборудование готово к работе и не требует человеческого персонала. Кроме меня. Так что выходить отсюда не будем. На случай, если нужно будет эвакуироваться, ознакомьтесь с планом помещения. Теперь расходитесь по комнатам и переоденьтесь в костюмы, которые найдёте внутри. Потом собираемся здесь же и начнём.

— Предлагаю минут через пятнадцать собраться. Ещё хочу душ принять, — сказал генерал.

Вскоре мы собрались в гостиной. На Славике, Димоне и генерале были тёмно-синие спортивные костюмы, на девушках голубые.

— Пойдёмте на сканирование, — Жанна приглашающе махнула рукой.

Я думал, что следующим пунктом нашего преображения будет что-то типа компьютерного подбора внешности, но ошибся. Жанна заставила нас встать по очереди на сканер, представлявший из себя небольшой круглый постамент. То есть сначала, как и во всех медицинских учреждениях вселенной, анализы.

Проведя всех через сканер, Жанна что-то поизучала на своём коммуникаторе и с печальным вздохом сказала:

— Я среди вас самая ущербная. У всех третья эволюция, а у генерала Нгаты ещё и куча идеально адаптированных усилителей. Последнее, кстати, не очень хорошо.

— Почему? — спросил генерал.

— Мы должны сделать комплексное преобразование внешности — не только лицо подправить, а основные маркерные показатели изменить: ширина плеч, рост, длина рук и ног, расстояние между глаз, геометрия черепа. Моё оборудование не справится с твоими усилителями, только покалечим. Кое-что, конечно, изменим, но не так, как у остальных. Надеюсь, этого хватит, чтобы аналитические способности Иров-наблюдателей обмануть.

— И сколько времени займёт такое глубокое преобразование? — поинтересовалась помрачневшая Акуна. Видимо, ей не очень понравилась идея так кардинально менять тело.

— У тебя, Арнольда и Сильвестра три дня в капсуле и потом столько же на привыкание. У меня пять дней в капсуле и столько же на привыкание. Но ждать меня никто не будет, поэтому придётся привыкнуть за один день. Генералу всё, что можно, поменяем за сутки. А потом он будет нас сторожить.

— Ничего себе… — удивилась Акуна, только я не понял, чему именно: то ли быстроте процедур, то ли, наоборот, их чрезмерной продолжительности.

У меня было своё представление о том, сколько времени может занять преобразование в капсуле, когда я получаю идеальное питание, но озвучивать не стал.

— А теперь, мальчики, оставьте нас! Мы с леди Корд должны поговорить наедине.

Мы ухмыльнулись и пошли в гостиную, где принялись осваивать запасы холодильника и пить приготовленный генералом кофе.

Через час Акуна присоединилась к нам, а Жанна позвала на консультацию Славика.

— Смотри. Вот это ты сейчас, — произнесла девушка, и на постаменте, где было сканирование, появилась очень детальная голограмма нагого тела Славика. — Что будем менять? Что делать красивее, а что — толще и длиннее?

На последних словах она стрельнула глазками, но я не повёлся.

— Покажи сама, какие возможны варианты за это время. В каких границах возможны изменения? Я же понимаю, что за три дня массу в два раза не увеличить.

Жанна поняла, что я её игривый тон поддерживать не намерен, и тоже стала общаться по-деловому.

— Предлагаю плечи немного расширить. Так ты сразу визуально будешь больше походить на местных. По длине рук самую малость можно длиннее, но ровно настолько, чтобы видеоанализатор не напрягался. Мы исходим из того, что нас очень тщательно записали и разобрали всю нашу визуально доступную анатомию. Значит всё меняем. Кстати, раз плечи шире, то и рост можно выше. Не против?

Все слова Жанны сопровождались изменениями голограммы, так как, говоря со мной, она одновременно манипулировала настройками.

Я смотрел на получающийся результат и не видел причин придираться. Эстетически Славик и так выглядел неплохо, но сейчас стал вообще красавчиком.

Я вспомнил рассказ генерала про каспийцев.

— А можешь показать, как бы я выглядел, если бы был бойцом с Каспия.

— Могу. Кстати, интересная идея!

Жанна погрузилась в манипуляции на пару минут, после чего голограмма разом изменилась и перед нами предстал суровый и эстетично оформленный монстр Франкенштейна. Всё тело покрывают шрамы, сплетаясь в уникальный узор. Но не только это. Также сильно изменились голени, большеберцовые кости заострились, превратившись в грань. Как если бы кость была треугольного сечения. Если такой гранью лоукик пробить, то можно мышцы на бедре соперника разрубить. Жутковато, но эффективно. Костяшки кулаков выпирали небольшими шипами. Череп выглядел чрезмерно массивным. Ну и как вишенка на торте — шипы на локтях.