Это лицо было прекрасно знакомо обитателям всех цивилизованных миров Готического Сектора. Оно постоянно мелькало в пропагандистских передачах и видеосводках новостей, ежечасно транслировавшихся по гражданским каналам с первого дня войны.

Даже самый последний матрос и самый ничтожный раб на борту любого из сотен кораблей имперского Военно-космического флота, которыми командовал лорд-адмирал, знали его в лицо и без запинки назвали бы его должность, даже не видя его роскошной, усыпанной бриллиантами и расшитой золотом перевязи.

–  Мой дорогой Хорст!
– быстро и отрывисто проговорил лорд-адмирал Корнелий Равенсбург. Такая манера речи была характерна для всех высших флотских офицеров, особенно отпрысков многочисленных аристократических домов Кипра Мунди.
– Я всегда рад приветствовать на борту своего флагмана Священную Инквизицию. Даже если она является без приглашения… Полагаю, вас не особенно интересует такая суетная материя, как стратегическое планирование военно-космических операций… Что же привело вас сюда?

Лицо командующего Боевым флотом Готического Сектора оставалось бесстрастным, а в голосе сквозила плохо скрываемая ирония. Прошло целых пятьсот лет с тех пор, как Инквизиция провела безжалостную чистку в рядах высших чинов вооруженных сил Сегментума Обскурус. Тогда было арестовано несколько сотен так называемых «ненадежных лиц» или «потенциальных бунтовщиков». Офицеры неохотно забывали такие события, и командование Военно-космического флота Сегментума Обскурус до сих пор не питало особой симпатии к инквизиторам.

Хорст почувствовал, как напрягся Холлер Ставка, уловивший издевательский тон Равенсбурга. Выказав лорду-адмиралу должное почтение неглубоким поклоном, Хорст заговорил спокойным дружелюбным тоном:

–  Прошу прощения за столь неожиданный визит, но мне необходимо как можно скорее переговорить с вами. Речь пойдет о секретнейшей информации, которую мы не вправе доверить ни курьерам, ни средствам астропатической связи. Речь идет о долгосрочных планах противника, побуждающих его наносить удары по Готическому Сектору…

–  О каких еще планах?! Мы уже все знаем о планах противника!
– воскликнул один из офицеров, смерив презрительным взглядом Хорста и его свиту.

Это был главный адъютант Равенсбурга адмирал-командор Кирпонос. Хорст слышал, что этот офицер прослыл бесстрашным командиром боевого корабля. Да и здесь, в Главном штабе Военно-космического флота Готического Сектора, ему потребовалось немало мужества, а может, и безрассудства, чтобы возразить инквизитору, присланному Верховными Лордами Терры.

Решительно глядя в лицо незваного гостя, адмирал-командор Кирпонос продолжал:

–  Мы прекрасно знаем, что силы Хаоса выступили в очередной крестовый поход. Это подтвердили и сама Инквизиция, и Верховные Лорды Терры. Нынешняя ситуация вряд ли чем-то отличается от предыдущих нападений, которым Империум подвергался на протяжении последних десяти тысяч лет: противник без разбору уничтожает наши миры, стремясь погубить Империум и поработить его подданных. Мы уже двенадцать раз с успехом отражали такие атаки. И на этот раз, под мудрым руководством Императора и под командованием лорда-адмирала, мы отразим все нападения врага, какие бы силы он нам ни противопоставил. Абаддон и его приспешники-еретики будут разбиты и отброшены назад в Око Ужаса, где им предстоит еще тысячу лет зализывать раны.

«Какой храбрец! Империуму нужны такие люди!» - подумал Хорст и решил, что сейчас не время пользоваться всей полнотой своей власти, чтобы поставить на место Кирпоноса и остальных верных слуг Божественного Императора, собравшихся в этом зале. В самом ближайшем будущем ему понадобятся помощь и доверие этих людей.

Так пусть же они станут его друзьями, а не врагами!

–  Я понимаю вас, адмирал-командор, - сказал Хорст, слегка поклонившись Кирпоносу.
– Я тоже так думал… Однако, - повысив голос, продолжал он, взглянув на Равенсбурга, - теперь у меня есть все основания полагать, что у противника имеются и другие причины атаковать наши миры. Судя по всему, его замыслы и намерения настолько ужасны, что по сравнению с ними любой крестовый поход покажется приятной прогулкой.

Помолчав, чтобы дать возможность присутствующим осмыслить его слова, Хорст стал прислушиваться к приглушенным возгласам удивления и озабоченному шепоту офицеров. Затем он заговорил, обращаясь непосредственно к Равенсбургу:

–  Стихия Осквернителя - ложь и обман. Его истинные намерения скрыты настолько глубоко, что мы не могли даже предположить, в чем заключается их настоящая суть. Очень скоро нам придется действовать весьма решительно. В противном случае мы потеряем не только Готический Сектор.