Она с удовольствием немедленно ушла бы отсюда… вот только - Алексей. Он тужится быть таким же, как они все. Непонятно, зачем, почему… мазохизм, вспомнила она термин из психологического заключения. Что-то странное, непонятное, какое-то свойство характера заставляет его быть изгоем среди своих, изгоем и предателем - и мучительно пыжиться, изображая своего среди чужих. Я должна понять, что это, решила Джейн. Что это за странное свойство, качество… почему он стремится жить среди них?

Она ни на минуту не верила в любовь Алексея к Лене. Это следствие все того же искаженного восприятия мира. Ему зачем-то понадобилось жениться на такой курице… даже среди не-ликеидов можно найти девушек посимпатичнее и поумнее.

Наверняка его мать в молодости была куда лучше, чем эта Лена.

Впрочем, все, все они одинаковы…

Религиозный фанатизм? Вероятно, решила Джейн.

Неплохо бы поговорить с этой Леной, выяснить, что это за человек.

И тотчас, словно отзываясь на ее мысли, из коридора донесся тихий голос Лены. Джейн понимала, что подслушивать нехорошо, но… что ей остается делать?

Она же в туалете, мало ли… Она не разобрала, что сказала Лена. На два порядка громче прозвучал голос матери Алексея.

– Леночка, послушай меня. Я тебя старше в два раза, - Лариса говорила своим обычным поучающим, уверенным тоном, - Ты согласна, что я немножко опытнее и больше понимаю в жизни?

– Да, конечно, - пискнула Лена.

– Так вот, послушай меня. Никогда не вытирай подливку с тарелки хлебом! По крайней мере, если ты хочешь жить с Алешкой… он ликеид, и для него это - как острый нож. Ты ему просто опротивеешь в первый же год! И когда жуешь, не надо открывать рот. Это некрасиво. Не расстраивайся, ты не виновата, сейчас детей совершенно не учат манерам. Я в ваши дела не вмешиваюсь, живите, как хотите. Я считаю, что родители не должны контролировать каждый шаг детей. Но я хочу тебе просто дать несколько полезных советов…

Лена с Ларисой, видимо, удалились в кухню - голоса затихали. Джейн взглянула в зеркало - надо же, покраснела… как будто это ей нотацию читали.

Да, бедная Лена… такой безапеляционный тон, самоуверенность, наглость. Как девочка это перенесла? А за всем этим, скорее всего, кроется банальная ревность к сыну - он заменил матери Мужчину, она не хочет его никому отдавать.

Обыкновенное дело…

Джейн вышла в коридор. Лариса протопала мимо нее, неся свою величественную фигуру и запах спиртного. Заметив на кухне фигурку Лены, ликеида проскользнула туда.

Против ее ожидания Лена вовсе не казалась расстроенной или обиженной. Она совершенно спокойно нарезала соленые огурцы, раскладывая их на тарелочке.

Заметив Джейн, улыбнулась ей.

– Хотите попробовать? Лариса сама солит… Очень вкусно.

Джейн машинально положила огурец в рот, не замечая вкуса.

– Лена, а вы где работаете?
– спросила она.

– Я оператор на текстильном заводе, - ответила девушка. Так… значит, даже высшего образования нет, отметила Джейн.

– А с Алексеем где познакомились?

– В церкви… мы с ним в одном приходе, - объяснила Лена. Джейн спокойно кивнула. Самообладание возвращалось к ней. Это всего лишь не-ликеиды. Это же дети… Как она может воспринимать их настолько всерьез?

Неужели обыкновенная ревность? Ерунда… здесь все намного глубже и серьезнее. Это надо понять и продумать. Что с Алексеем? Какие-то религиозные соображения?

– Вы давно дружите с Алексеем?
– спросила она. Лена застенчиво глянула на нее… глаза ее, самые обыкновенные, небольшие, засияли.

– Нет… мы и не дружим, собственно. Знакомы где-то полгода… а два месяца назад он подошел ко мне и сказал… ну, предложил… замуж. Я так обрадовалась!

Он такой хороший, правда?

– Да, - подтвердила Джейн, - Алексей очень яркая, интересная личность. Я летала в инспекторскую поездку, он возил меня, и произвел очень хорошее впечатление. Даже захотелось поближе с ним познакомиться… Вы знаете, я вообще интересуюсь русской культурой, поэтому и попала сюда на работу.

Правильно, одобрила себя Джейн. Самый лучший имидж сейчас - просто иностранка, интересующаяся русской культурой.

Лена снова застенчиво улыбнулась, явно не зная, что сказать.

– Алеша, - заговорила она снова, и это слово прозвучало у нее так нежно - Алеша, - Он такой хороший… одинокий только. Вы знаете, я… я так рада, что мы… ну, вы понимаете. Я даже не ожидала…

Джейн кивнула. Господи, и о чем, интересно, Алексей разговаривает с ней наедине? Ну совершенно же не о чем! Она озабоченно посмотрела на спайс.

– Простите, - вышла в коридор. Хороший прием - сделать вид, что тебе кто-то позвонил. В зале шла игра в карты. На столе стояли маленькие пивные бутылочки, и проигравший должен был выпить одну из них.