В прошлой жизни я б сдох от радости. Чтоб девушка сама, хоть и пьяная, предлагала такое! Это рай для каждого мужика. Но в этом мире все посерьезнее. Нехорошее предчувствие кольнуло где-то внутри. Я понял, что секса не будет. Скорей всего, произойдет нечто страшное, и что именно, понять пока невозможно.

— Отвали от него! Иди спать! — взявшись за меч, рявкнула Гала.

Я ощутил себя нежной бабой. Это ясно, что мир так устроен. Здесь женщины слишком сильные, мужики слабые и так далее. Но когда за тебя заступается девочка — это полный капец.

Плевать сколько сил у Даяны. Я решил ее осадить, показав, кто есть кто. Иначе, можно стать голубком, красить ноготки с остальными и сидеть в магическом Инстаграмме.

— Отойди, Галя, я сам, — сказал, выходя вперед.

— Не надо, она тебя может ранить…

— Кто, эта дура? Да она жопу свою не поднимет! — как бы невзначай сказал я, отчего грубиянка нахмурилась.

Она думала, что я испугаюсь, стану мямлить под нос и смущаться. Но все оказалось иначе, и новая реплика прозвучала заметно грубее:

— Подкачайся сперва, дорогуша! С такой фигурой тебе ни один парень не даст.

Конечно, я блефовал. С такой стервой покувыркаться — самое то. Но ей нужен не только секс. Тварь хотела меня тупо унизить, поиметь как последнюю шлюху, опустить или нечто еще. Пришла бы она с добрым сердцем и с магическим вазелином на блюде, я б еще может, подумал. А так… Нет сексуальной объективизации мужиков! Или как бы получше сказать…

Мои слова сильно смутили Даяну. Она слегка отступила и потрогала свою попу, как бы чувствуя, что я прав.

— Был бы ты бабой, сучок, точно получил бы по роже. А так… что с проститутом ругаться.

— Проститутку в зеркале увидишь, родная! Я воин, если ты не заметила.

— Нет, он пока тренируется, — сказала Гала, но ее никто не услышал.

— Хах, в чем ты воин, дружок? Боец клиторального массажа? Или владеющий глубоким засаживанием? Мужчины нужны для того, чтоб удовлетворять высших созданий. То есть, нас, ну ты понял. Когда говорят бабы, мужик должен молчать и бояться.

— Даяна, заткнись! Щас получишь! — горячо воскликнула Гала.

— Нет, постой, — сказал я и отодвинул заступницу в сторону. — Она права, мужчины сегодня не те. Только я не такой! И могу доказать это бабе, которая берет на себя слишком много.

Воцарилась напряженная тишина. Гала не на шутку за меня испугалась. Даяна потеряла дар речи от злости. Я понял, что ляпнул не то, и напряженно думал, как выкрутиться.

— Хех, даже так? — весело усмехнулась Даяна.

У нее на поясе был меч, который она ловко выхватила, направив клинок на меня.

— Так доказывай, мальчик! Или спрячешься за спиной у своей трахальщицы?

— Пошла нахрен отсюда! — поднимая меч, крикнула Гала.

— Что и требовалось доказать… Мужики не могут ничего, кроме как ныть и давать свою письку, — ухмыльнулась Даяна.

Тут мой меч ткнулся в стерву, отчего она громко ахнула. Я не нанес повреждений, а лишь унизил солдатку, что окончательно ее разозлило.

— По-другому запоешь, когда вспорю тебе брюхо! — процедил я.

— Талион! — со страхом крикнула Гала.

— Отойди, я знаю, что делаю!

— На том свете узнаешь, подстилка! — заверещала Даяна, и, потеряв голову от злости, тут же бросилась на меня.

Гала хотела ранить напарницу, чтоб меня защитить. Но в последний момент, девушка передумала, видя, что все не так плохо.

Я ловко увернулся от первой атаки, потом заблокировал удар и стал наступать. Не ожидая такого отпора, Даяна слегка потерялась. Она чуть не пропустила удар и даже побледнела от страха.

Потом солдатка собралась с силами, и стала рубить меня со всей дури. Вечерний воздух разорвал звон оружия и наши злобные крики. Мы дрались, как воины в фильме во время решающей битвы.

Несмотря на грубую силу, Даяна билась коряво. Алкоголь давал о себе знать. К тому ж, она не сражалась с мужчинами. Такой поединок был для дамы в новинку.

Мои навыки были еще не отточены. О высоком уровне фехтования не было даже речи. Я дрался примерно на тройку, стараясь как-нибудь выжить.

В какой-то момент противница подошла слишком близко и врезала кулаком по лицу.

— Сдавайся, мальчик, пока не поздно… — краснея, простонала она.

— В жопу иди… дорогуша, — тут же ответил я.