neutron
Шрифт:
обращаясь
Драко обнажил меч, тускло блеснувший в закатных
в некотором смысле к самому себе, произнес Драко. —
лучах.
Да… это мы удачно заглянули. Ну, пришла пора пове— Это типа «двум смертям не бывать, а одной…» —
селиться.
он отпихнул Гарри и оказался первым, кто шагнул
Они стояли на гряде. Внизу расстилалась долина.
на ведущую к крепости финишную прямую.
Тропинка резко ныряла вниз, петляя меж устрашающе
острых скал и соскальзывая с глинистых обрывов пря* * *
миком в долину, что была окружена горами, заснежен
ные вершины которых терялись в облаках.
— Никогда… Ты никогда не умрёшь, Вирджиния,
В центре долины вздымалась крепость — признатьдуша моя. Ты будешь жить вечно, жить рядом со мной,
ся, после хогвартских зубчатых башенок Гарри ожидал
напоминая о приведшей меня в мир плоти, пусть даже
узреть нечто более замкоподобное, ибо то, что предостальная вселенная погрузится в пламя и рассыплется
стало перед ним, являлось натуральным фортом:
прахом. Придёт конец всему сущему — однако мы всё
по одному
окну
на каждой
стороне,
причём
равно будем вместе, правя пустотой…
на недосягаемой высоте, толстенные грубо отёсанные
Он светло улыбнулся своим словам. Джинни захокаменные стены и сторожевые башни по углам.
телось закричать, но она внезапно осознала, что утраГарри изогнул бровь:
тила способность вообще издавать какие-либо звуки;
— Внушает.
вцепившись в раму зеркала, она просто смотрела
Тонкая рука Драко указующе махнула в сторону
на него. Том повернулся, пошёл прочь, сверкая серебзамка:
ристой отделкой мантии.
— Ах, эти воспоминания… — ностальгически вздохСнова
открылась
дверь,
хотя
она
её и
нул он, — детство… лето в деревне… Когда слуги выкане увидела, — и он, так и не обернувшись, просто исзывали неповиновение, домашние грифоны уносили
чез.
их в далёкие горы и швыряли на скалы. А матушкин
Пальцы Джинни разжались. Она беззвучно осела
пекинес как-то был сожран вампирами… Куда уходит
на пол.
детство… Радужные деньки… — он завершил сентенцию
Она не знала, сколько просидела так, свернувшись
элегической улыбкой. — Ах, как же быстро они выцвеклубочком и давясь слезами, пока какой-то звук
ли.
не заставил её поднять голову. Звук открывшейся
Гарри поскрёб грязной рукой лоб:
и закрывшейся где-то далеко двери. Она вытерла глаза
— Да-а… Самое то для лета, Малфой. Позволь потыльной стороной руки и поспешила подняться
любопытствовать, где ты, в таком случае, проводил
на ноги.
Рождество? В Мордоре?
…Том, — ужас обуял её, — он возвращается.
— На самом деле в «Мире Диснея», однако даже
Правая рука сама собой вцепилась в кулон на шее.
не представляешь, насколько в правильном направле— Том?.. — прошептала она.
нии ты мыслишь.
— Нет, — откликнулся знакомый голос, — это
— Ну, коли ты так говоришь… — Гарри прищурилне Том.
ся, силясь пронзить взглядом быстросгущающиеся суЗашуршала ткань, и из ниоткуда возникли две бемерки.
лые руки, а следом — знакомая голова с каштановыми
У подножия крепостных стен суетилась охрана, изволосами. Джинни в оцепенении захлопала глазами,
далека напоминающая чёрные ручейки муравьёв;
когда мантия-невидимка — а что это еще могло
на крыше пылали огни, и тёмные завитки дыма кудрябыть? — упала. Перед ней стояла Гермиона — в рваных
вились в синем воздухе. Гарри сделал ещё шаг вперед.
джинсах и старой паддлмерской майке.
Под
ботинком
что-то
металлически
хрустнуло.
— Честное слово, Джинни, ну ты даёшь, — покачаОн опустил удивлённый взор: в серой глине что-то
ла она головой, — это же надо так вляпаться…
блестело. Погнутая застёжка для плаща тёмно