neutron
Шрифт:
боясь любым жестом спровоцировать Люциуса.
позволив взять на себя твои обязательства.
Тот рассмеялся резким, издевательским смешком,
— Значит, решила не ходить? — поинтересовался
и в горло Гермионы вжалась палочка, заставив
голос за плечом.
её хрипеть и давиться.
Повернувшись, Джинни увидела Рисенн, белое
— Avada…
платье которой вилось в дымном сквозняке, а ноги во— Нет!!! — Рон вскинул руку, и из браслета
все не касались пола.
на запястье выметнулся нож, во мгновение ока уже пе— Полагаю, тебе моя защита не нужна.
ресёкший комнату и вонзившийся в руку Люциуса чуть
— Он не разрешил мне пойти за ним, — отрезала
выше локтя. Малфой, замычав от боли, пал на колени,
Джинни. — Кстати, твоя помощь мне действительно
выронил палочку, а Гермиона, едва переведя дух,
не нужна.
тут же сцапала её и махнула в его сторону:
— Уверена, он будет цел и невредим, — рассмея— Stupefy, — прокашляла она.
лась дьяволица и крутанулась на носках. Чёрные волоС конца палочки вырвался сноп света, глаза Люсы медленно взлетели шатром, будто ленты вокруг
циуса закатились, и он рухнул на мраморный пол, заМайского Дерева.
ливая его кровью из раны.
— Кто будет цел и невредим, — с подозрением
Гермиона потрясённо повернулась к Рону:
уточнила Джинни, — Том или Драко?
— С ума сойти. Где ты так научился метать ножи?
— Какая разница? Ты же сохнешь по обоим, наРон перевёл взгляд на свои руки и робко пожал
сколько мне известно, так что как фишка ни ляжет,
плечами:
ты всегда в выигрыше.
— Ну, типа… где-то научился.
— Неправда, — куда более резко, чем ожидала,
возразила Джинни, — Том должен умереть. Я бы сама
* * *
его убила — если… если бы смогла… — скомканно за
кончила она.
Горький дым. Горечь во рту, горечь в глазах. Ноги
— Ты бы могла разбить его чёрное сердчишко, —
жгло даже сквозь ботинки, и Гарри знал: стоит ему
жизнерадостно заметила Рисенн, закончив вращаться.
упасть — он сгорит заживо. Пот струился по спине, воВолосы смоляными мазками лизнули белую кожу
лосы налипли на лоб, меч Гриффиндора бил по ноге
и платье.
и до боли оттягивал руку. Рукоятка уже стала скольз— Ещё никто не умирал от разбитого сердца, —
кой от пота.
сварливо буркнула Джинни.
Почему-то никто не упоминает о подобных вещах,
— Не скажи, не скажи, — склонила голову демокогда пишет о героических странствиях и сражениях:
несса. — А он забавный: временами мне кажется, что
ни о том,
как
сосёт
под
ложечкой
от страха
от него исходит сама темнота, но иногда будто мерцает
и напряжения, ни о кавардаке в голове, ни о медном
нечто человеческое…
вкусе во рту — вкусе ненависти и насилия.
…Симус, — подумала Джинни, и что-то трепыхнуОн слышал вой Тёмного Лорда, и вой становился
лось в её подсознании.
всё громче по мере того, как Гарри приближался
— Ты ведь высасываешь души, верно? Ведь тебя
к центру пентаграммы. Вой смешивался с воплями ещё
именно потому и называют суккубом, верно?
кого-то; Гарри споткнулся и отскочил в ужасе:
Рисенн заморгала:
по пылающему мраморному полу полз Черверхост
— С этимологией у тебя некоторые нелады, однако
в дымящейся одежде и с дымящейся — местами красход твоих мыслей мне нравится: я действительно вытяной, а местами уже обуглившейся — кожей.
гиваю из мужчин души и питаюсь их силой…
— Воды… — прохрипел Червехвост, металлической
— Ах-ха, — трудолюбиво призадумалась Джинрукой хватая Гарри за полу мантии. — Во имя Господа
ни, — весьма интересно…
нашего… умоляю… воды…
Он поднял голову, и Гарри увидел — жар выел ему