М-да…

Видимо здесь о противопожарной охране и соответственно о противопожарной пропитке не слышали, как минимум, несколько тысяч лет. Но мне это было на руку. Хоть на минуту-две горящая дверь задержит преследователей, которые с одной стороны поняли, что я не шучу, а с другой — в здании больницы наверняка есть еще охрана. Да и выход должен быть не один.

Я сбежал по ступенькам крыльца и подбежал к стоянке городских карет в тот момент, когда Лена аккуратно укладывала Аню на обшитую кожей скамейку в повозке. Возчик, дядька в летах, помогал. Поэтому мое творчество с дверью прошло мимо его внимания.

— Отец! Если сейчас быстро довезешь до Академии, то заплачу тройную цену! — быстро сказал я. — Архимаг жизни ждет на прием!

— Что ж не довезти, довезу! — ухмыльнулся в бороду мужик и пошел в сторону козел. Я едва успел запрыгнуть в карету и закрыть дверцу, как та начала движение — возчик был человеком дела. Здание больницы находилось в центре небольшого парка в черте города и только выезжая за ограду парка, я увидел, как из-за угла здания бегут вооруженные люди. Меньшая часть направилась к горящей двери, а большая в сторону стоянки карет. Не знаю, на что они рассчитывали. То ли надеялись, что мы замешкаемся на стоянке, то ли захотели преследовать, но мы выиграли небольшую фору и сейчас только от расторопности и жадности мужичка, зависело, встретимся мы с преследователя или нет. Но возчик не подвел. Как только лошадь оказалась на улице, он пустил ее в быструю рысь, умело объезжая крупные скопления людей и другие повозки.

Я склонился над Аней. Лена положила ее на скамейку, а голову устроила себя на колени, рукой мягко придерживая ее под грудь.

Состояние Ани была откровенно плохим. Худоба, частое дыхание и редкий пульс говорили о том, что она находится в критической физической форме и, откровенно говоря, я не понимал этого. Пусть здесь не было современной медицинской аппаратуры, но здесь были маги жизни, которые могли залечивать страшные раны и продлять жизни на сотни лет. Что им какие-то боевые раны от холодного оружия? Они должны были справится с ними, максимум за несколько дней. Вот только было ли это чистым боевым оружием? Насколько я помню историю в моем мире, ниндзя они же синоби, часто смазывали лезвия всякими ядами. Как для быстрой смерти так и для медленной и мучительной. Я не знал, способны ли маги жизни распознать в раненом теле яд и избавится от него? По идее — должны. А если нет? Или те врачи, что были в клинике не способны на это? По крайней мере, версия с ядом мне казалась самой реальной с учетом состояния Ани.

Я понимал, что бесполезно спрашивать Лену насчет этого. Врачи везде врачи и чтобы выудить из них информацию насчет реального состояния больного их надо пытать. Так они будут говорить, что состояние стабильное или стабильно плохое до самой смерти пациента. Что они говорили про Аню за все эти два месяца, я приблизительно себе представлял. Вопрос что делать то?

Я распеленал одеяло и тщательно осмотрел тело Ани. Конечно, шрамов прибавилось. Но не сказать, чтобы очень много. Больших шрамов и указывающих на серьезные раны не было. Скорее у нее были скользящие раны груди и живота от меча. Насколько я помнил, этих шрамов на ее теле не было. Аккуратно ощупал ей голову. Тоже нет ничего серьезного. Нет, существовали приемы позволяющие повредить мозг без повреждения черепа, но я не хотел думать о самом плохом.

Самое первое, что приходит на ум, попытаться вылечить ее самому. Так же как и в свое время Лену. Но пока не доедем до дому я не могу. Пусть я стал сильнее, но рисковать и оставить Лену с двумя нашими бессознательными телами в карете я не хочу.

А второе…

«Эй, имплант. Можешь помочь?»

В МОИ ПРОТОКОЛЫ НЕ ВХОДЯТ ПРОЦЕДУРЫ ДИАГНОСТИКИ И ЛЕЧЕНИЕ НЕ МОЕГО НОСИТЕЛЯ!

«Все с тобой понятно! Значит никак?»

В МОИ ПРОТОКОЛЫ НЕ ВХОДЯТ ПРОЦЕДУРЫ ДИАГНОСТИКИ И ЛЕЧЕНИЕ НЕ МОЕГО НОСИТЕЛЯ! ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ПРЯМОГО ПРИКАЗА НОСИТЕЛЯ!

А что? Так можно было?!

«Тогда приказываю тебе помочь ей! Только осторожно! Сможешь?»

ДЛЯ ДИАГНОСТИ ТРЕБУЕТСЯ КОНТАКТ С КРОВЬЮ ДИАГНОСТИРУЕМОГО!

— Лен, у тебя есть нож?

Лена удивленно посмотрела на меня, но полезла на пояс. Вытащила из-под тонкого пояска платья маленький метательный нож и протянула мне.

О как! По-видимому, есть что-то в моей девушке, чего я пока не знаю. Это ж надо! Перешла с больших мечей на маленькие и очень опасные ножи! Надеюсь дедушка Фрейд тут ни при чем. Иначе так и комплекс неполноценности недолго заработать.

Я вызвал на ладони файербол и прокалил кончик ножа. Затем осторожно проколол кожу на указательном пальце Ани. Из ранки вытекла очень тягучая и темно-красная капелька. Одна единственная.

Ничего себе как кровь у нее загустела! Хватит ли такого количества крови для анализа?

ХВАТИТ! ПЕРЕНЕСИ КРОВЬ НА СВОЮ КОЖУ.

Я подхватил лезвием ножа эту маленькую капельку и растер по свой ладони. Лена внимательно и с ничего не понимающим взглядом смотрела на меня. Но вопросов не задавала.

АНАЛИЗ ЗАВЕРШЕН. У ДИАГНОСТИРУЕМОГО ОБНАРУЖЕНЫ В КРОВИ МОЛЕКУЛЫ биологического токсина с м-полем! Рекомендуется вывод его из тела диагностируемого и лечение всех пораженных им органов! Перечень пораженных органов приводить?

«Да»

Имплант начал перечисление и у меня зашевелились на голове волосы. Буквально.

Как Аня жива то до сих пор с таким перечнем?! У меня возникли дополнительные вопросы к больнице, в которой мы лежали. С учетом уже накопившихся вопросов это уже тянуло на принудительный допрос главврача. С пристрастием! Но, это все потом.