Шрифт:
— Чтобы бороться с ними, нужно стать такими же, как они, — изрек Лев глубокомысленно.
— Богатыми? — спросил Гера.
— Хитрыми, коварными, злыми, — ответил Лев.
Ах, он просто копия своего отца. Однажды тот приходил к нам, чего-то хотел от папочки, и точно также бессильно сжимал кулаки и морщил лоб.
После замечания Льва они умолкли, почувствовав, что разговор зашел в тупик. Положение спасла Победа.
— Но если не могут они, — с нарастающим напряжением в голосе проговорила она, — то это должны сделать мы. Ты, Герой!
— Что? — не понял он. — Стать коварным, хитрым и злым?
— Или богатым? — не удержался Лев.
— Да нет же! — в досаде она топнула ногой. — Разрушить их коварные замыслы. Помнишь, какое предсказание сделала тебе на уроке госпожа Ведана? Ты победишь Зло!
— И как ты себе это представляешь? — с недоумением спросил Герой. — Упырь Чорен размажет меня одним взмахом волшебной палочки!
— А Чорт Чорен скатает в шарик и закинет на Луну, — добавил Лев.
— Ах, ну кто вас просит размахивать палочками перед носом волшебников! — недовольная их недогадливостью, сказала Победа. — Собрать доказательства их вины, и пусть с ними разбирается Нижняя Палата.
Меня невольно разморило на солнышке и, лениво жмуря глаза, я перевернулась на спину. «Вот так и начинаются кровавые войны, — подумалось мне, — у детишек оказывается слишком много свободного времени и полное отсутствие родительского контроля».
— И как ты предлагаешь собрать эти самые доказательства? Времени ведь не осталось. Ходят слухи, что Князь Тьмы возродится в ночь Солнцестояния, прямо во время бала, а до него всего ничего.
— Эх, пробраться бы в дом Чоренов, там наверняка можно раздобыть улики, — тоскливо протянул Герой.
— Замечательная идея! — восторженно воскликнула Победа. — Прекрасная мысль! Это можно сделать с помощь чар. Правда, это чары иллюзии, хорошего волшебника они не обманут, только слуг... и у меня не всегда получается...
Ничуть в этом не сомневаюсь, дор-р-рогая!
— А я даже не слышал о них, — признался Лев. — И откуда ты все знаешь, Победа?
Она фыркнула.
— Но в кого же превратиться, чтобы пробраться в дом Чоренов?
Они задумались. Есть о чем! Ответ прямо перед ними, но некоторые так слепы!
— В Маришу! — счастливо выкрикнула Победа. — Я знаю заклинание, которое запрет ее где-нибудь в школе на это время!
Ми-у, милая, никто не сомневался, что знаешь его именно ты.
Дальше не было ничего интересного. Они, излишне подробно, обсудили, как и куда заманить меня, что искать в доме и как быть, столкнувшись с настоящими Чоренами.
И опять мы завтракали без мамочки и папочки. Какие у них могут быть дела, мешающие позавтракать с детьми? Бесик, в радостном детском неведении, болтал не умолкая, но его не слушали. Чорт был задумчив. Бледность и темные круги под глазами намекали на бессонную ночь. Что ж, ему было от чего потерять покой. Я пила чай с молоком и думала сразу о нескольких вещах.
— Мне пора идти, — тихо проговорил Чорт.
— Я тебя провожу, — откликнулась я, поднимаясь из-за стола.
Чорт не возразил, а это значило, что он сильно напуган.
По дороге к площади Страстей мы молчали и, не сговариваясь, выбирали окольные пути, где нас не поджидали рассерженные волшебники. На площади, несмотря на ранний час, собралась толпа народа. Многие, без снисхождения и жалости к себе, облачились в парадные мантии, тяжелые, пропахшие прабабкиным нафталином, но все равно побитые прожорливой молью. Уродливые, высокие шляпы с обвислыми полями и затертыми звездами виднелись тут и там. То и дело слышались сердитые окрики — соседи наступали на длинные полы мантий, волочившиеся по земле. И эти люди жаждали участвовать в суде над моим братом!
Увидев толпу, Чорт стал белее мела, и кадык запрыгал на его горле. Он остановился у площади, словно раздумывая: идти дальше или сбежать.
Его появление заметили. Разговоры оборвались, словно Чорт был магнитом, все развернулись навстречу ему и расступились, освободив дорогу до самого крыльца Ратуши. Чорт сжал мое плечо.
— Спасибо, что проводила меня.
— Что значит «спасибо»? — поинтересовалась я. — Завещай мне свою долю наследства!
Чорт поглядел на меня, усмехнулся...
Репетицию хотели отменить из-за слушаний по делу Чорта Чорена, но я настояла, чтобы ее провели. Если не удалось избавиться от этой роли, то нужно быть на высоте, а до премьеры всего два дня. К тому же мы первый раз играли пьесу в костюмах.
Репетиция не удалась. Актеры поминутно забывали слова, путались и глаз с меня не сводили. А я как раз вчера выучила роль назубок и подавала реплики без запинок. Но вот что поразительно: вчера еще господин Лазарь воздевал руки вверх, закатывал глаза, умоляя выучить слова, а сегодня он оказался недоволен — смотрел на меня голодным оборотнем. Странные люди!