Шрифт:
Но собрать подходящих бойцов недостаточно. Им нужен человек, который сможет держать их вместе, следить за подготовкой и вовремя замечать то, на что сами они предпочтут закрыть глаза.
Мне требуется командир. Нянька, если угодно.
Кандидатуры из аристократических семей я сразу отмёл, оставив тех, кто заслужил должность собственными делами и работой.
Сейчас мой взгляд задержался на фотографии невысокого мужчины. У него я когда-то проходил курс Стражей вместе с Вадимом и Леной.
На карточке значилось:
Шолохов Дмитрий Юрьевич.
Ниже — сведения о семье, достижениях, службе и о том, что он вообще за человек.
Я ещё раз просмотрел документы, задерживаясь на некоторых местах. Потом опустил взгляд на метку на своей руке.
Сейчас она полностью заполнена листьями. По сути, мне уже и не нужна. Однако до сих пор не стёр.
Бесполезной её тоже назвать сложно. При желании можно модернизировать и сделать гораздо сильнее. Основа есть, а остальное зависит только от меня.
Я провёл большим пальцем возле метки и снова посмотрел на карточку.
— Решено, — взял нужный лист из общей стопки. — Думаю, он вполне справится с этой задачей.
Вика подняла удивлённое лицо.
Посмотрев на часы, я продолжил:
— Пора сделать небольшую передышку. И так уже восемь часов тут сидим, зарывшись в бумаги.
Дмитрий Юрьевич Шолохов сидел в палатке полевого штаба, нахмурив брови и удерживая ручку над несколькими незаполненными бумагами.
Снаружи слышались команды, топот ног и отдалённый звон учебного сражения. Ветер временами шевелил полог, впуская запах пыли, нагретой ткани и дыма полевой кухни.
Дмитрий посмотрел на один список. Затем на другой. Потёр переносицу и снова опустил взгляд к чистому бланку.
В этот момент край палатки отодвинулся, и внутрь заглянул молодой парень в форме.
— Командир, к вам посетитель!
— Кого там ещё нелёгкая принесла…? — пробормотал Дмитрий, скривившись. — Миша, скажи, что я занят. Или… — Он махнул рукой. — Скажи, что меня вообще нет. У меня тут дел по горло, на месяц вперёд, никак не до каких-нибудь встреч… Впрочем, если это что-то важное, передай минут через тридцать.
— Надо же, — послышался знакомый насмешливый голос.
Рука Шолохова мгновенно замерла. Сам он побледнел, не успев даже поднять голову.
Этот голос теперь невозможно не узнать… Голос когда-то насмешливого юнца, а ныне человека, которого знает каждый.
— Даже императора не хочешь принимать? Но если так, могу подождать в приёмной. Или, может, пока в разлом схожу…
Дмитрий резко вскочил. Стул скрипнул, отъехав назад, а ручка покатилась по столу и остановилась возле края списка.
Мужчина оставался бледным, но не от испуга. От неожиданности.
Перед ним стоял молодой император и улыбался так, будто пришёл не в полевой штаб, а к старому знакомому, которого давно собирался навестить.
— Никак нет, Ваше Величество! — Дмитрий встал по стойке смирно и с глухим ударом приложил кулак к груди, вскинув голову. — Простите мне мою вольность! Готов служить Империи!
Увидев такую резвость, я рассмеялся.
— Ну-ну, будет тебе, командир, — улыбнулся. — Давай без всего этого. Просто поговорим.
Подошёл ближе, пока молодой парень торопливо выскочил из палатки, опустив за собой полог.
Дмитрий продолжал стоять.
— Ты не против, если я присяду?
— Нет, что вы! Конечно, Ваше Величество!
Он тут же попытался засуетиться, но я выставил руку вперёд, останавливая его, и спокойно сел на стул напротив стола, закинув ногу на ногу и положив сцепленные в замок ладони.
— Присаживайся.
Дмитрий быстро опустился на своё место. Его лицо из серого стало красным, и мужчина провёл ладонью по коже, смахивая выступивший пот.
Тяжело обычному человеку, когда к нему приходит сам император. Особенно без предупреждения.
Впрочем, ничего удивительного. Вот он сейчас и переживает.
Я оглядел палатку.
Складной стол, стулья, несколько ящиков, карта и стопки бумаг. Возле одной из ножек стоит кружка, на краю которой успел подсохнуть след чая.
Никакой роскоши. Только то, что требуется для работы.
Снаружи кто-то громко отдал команду, и почти сразу послышался слаженный топот.
— Вижу, вы, командир, всё так же гоняете юнцов.