Private-Bookers
Это было в Праге
вернуться

Брянцев Георгий Михайлович

Шрифт:

На ней стоял небольшой домик, аккуратно рубленный, под шестискатной крышей, крытой щепой. Строение было обнесено плетеной изгородью.

— Может быть, за это время хозяева вернулись? — высказал опасение осторожный Боровик, окликая Мрачека, который смело направился к домику.

— Не думаю. А если и появились, значения это не имеет. А тебя, — он повернулся к Боровику, — я попрошу стоять у плетня, вести внешнее наблюдение, пока мы будем нарушать уголовный кодекс.

Глушанин ухмыльнулся.

Перед домиком торчали четыре колоды. Из лотка выползали пчелы, расправляли крылышки и, жужжа, улетали на работу. Тут же, нахохлившись, чинно прохаживалась белая клушка. Вкруг нее копошились и попискивали желтые пушистые цыплята. У самой стены стоял плотничий верстак, заваленный свежими виточками стружек. В стене торчал остро отточенный топор, и на лезвии его ослепительно играли лучи утреннего солнца. На подоконнике настежь раскрытого окна из деревянного ящичка тянулся к свету остренькими перышками лук.

Мрачек, Глушанин и Слива вошли в домик. Действительно, ни души. Пахло какими-то травами, пересушенным бельем. На этажерочке равнодушно и монотонно потикивал будильник. Со стены, из дубовых лакированных рамок, смотрели на непрошеных гостей усатая старуха и неестественно улыбающийся старик.

— А это что за субъект? — Глушанин взял с этажерки портрет кабинетного размера в медной проволочной оправе.

На снимке был изображен эсэсовец лет двадцати пяти в чине унтерштурмфюрера. Он был снят на фоне местности, которая показалась Глушанину удивительно знакомой. Максим быстро перевернул снимок и на обороте прочел по-немецки: «Дорогим папе и маме от сына Карла. Привет из Кисловодска».

— Ишь ты, сволочь, куда забрался! — пробурчал Глушанин. — Интересно знать, унес ты оттуда голову или там ее оставил?

Прошли во вторую комнату, немного больше первой. Здесь стояли широкая двуспальная, под дуб, кровать, платяной шкаф, ножная швейная машина и небольшой туалетный столик.

На ковре у кровати висели ружье двуствольное центрального боя, пятизарядная малопулька и охотничьи принадлежности: рожки, сворки, поводки, патронташи, набитые медными гильзами, ягдташи, охотничьи ножи.

Глушанин снял ружье.

— Братцы, ижевка! Наша!

Антонин снял малопульку, оглядел ее и передал Глушанину.

— Тоже, видно, ваша, — сказал он.

Лицо Глушанина расцвело, словно радуга.

— Определенно наша! Тула! Тула-матушка!

— Видно, сыночек подарки присылал, — с недоброй иронией проговорил Мрачек. — Трофеи… Ну, друзья, мешкать нечего. Приступим к делу, а то еще, чего доброго, с хозяином придется беседовать, а это не совсем желательно.

Двустволка, мелкокалиберка, патронташ, коробка с патронами, три охотничьих ножа, туристский костюм, сшитый, видимо, для сына, кожаная куртка-безрукавка, две сорочки и финка, пара ботинок, высокие болотные сапоги, полголовки голландского сыра, котелок, две коробки спичек, три пачки галет, пачка трубочного табака — вот точный список того, что беглецы «позаимствовали» у беспечного хозяина.

Уже покидая дом, Мрачек обратил внимание на пачку писем, лежавшую на туалетном столике. На многих из них был указан адрес: «Кенигштейн».

Выйдя из дома, друзья опешили: у плетня не оказалось Боровика.

Антонин обошел вокруг домика — никого. Заглянул в сарай — пусто.

Обеспокоенные непонятным исчезновением Боровика, друзья не знали, что предпринять. Только выйдя за ограду, увидели они своего товарища, бегущего им навстречу со всех ног.

— Хозяин нашелся! И хозяйка! — доложил он скороговоркой.

— Как?

— Где?

Боровик рассказал. Он прохаживался по краю поляны и обнаружил тропку, ведущую в лес. Стараясь не упускать из виду поляны и дома, он прошел метров двадцать по тропинке и явственно расслышал человеческие голоса. Прислушался. Разговаривали двое, мужчина и женщина, и, кажется, на немецком языке. Разговаривали мирно, спокойно. Сжигаемый любопытством, Боровик начал осторожно, крадучись продвигаться вперед.

— И вот вам картинка, — закончил он. — Небольшой пруд. Старуха полощет белье, а старик сидит, развалившись в плетеном кресле, и дымит трубкой. Семейная идиллия! И всего-навсего метрах в ста отсюда.

— Ну и леший с ними! Пусть наслаждаются природой, — бросил Глушанин.

— И поблагодарят гостей за деликатность, — добавил Слива. — Их сынок, наверно, поступает иначе: выходя из дома, он поджигает его.

— А хозяев вешает, — добавил Мрачек.

2

В полдень, после первого за все эти дни завтрака, друзья основательно отдохнули и занялись распределением трофеев. Глушанин стоял за то, чтобы Мрачек сделал это по своему усмотрению, но Мрачек решительно запротестовал. Он предложил провести жеребьевку в два круга. В первом разыграть вооружение, во втором — одежду и обувь.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 70
  • 71
  • 72
  • 73
  • 74
  • 75
  • 76
  • 77
  • 78
  • 79
  • 80
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка