Шрифт:
— Советские граждане, Серёжа подразумевают наличие Советского союза. А вот с ним как раз проблемы. Кончилось союз пятнадцати республик, нет больше СССР, США, вообще никого…
— Вечером мне в койке прочтёшь политинформацию, — перебил её Мамонт, Марина прыснула в кулак. — Дальше слушай, Федотов. Эти уроды оказались людоедами и вели на растерзание женщин и стариков. Твоя задача высадиться перед воротами воинской части в полном составе. Как только мы вышибем ворота, ваша задача никого живым из части не выпускать. За исключением гражданских, разумеется, то есть пленников. Их легко отличить, они еле передвигают ноги.
— Понятно, однако, Мамонт, — ему бы сейчас оленью упряжку и вылитый чукча.
— Тогда по местам. Пошли, красавица, расскажешь мне под каким флагом мы сейчас воюем, — Мамонт обнял Наташу и вышел из модуля.
Дорога шла наверх по пологому подъёму. Перепад высот был невелик и составлял двести метров. Два километра до воинской части преодолели быстро и высадили отделение солдат. Рассыпавшись по обе стороны дороги, они, пригибаясь начали движение. Мамонту вдруг показалось, что у них всё получится. Во всяком случае он очень надеялся, что из них останется хотя бы половина. На коротком отрезке Наташа разогнала вездеход до семидесяти километров в час и не стесняясь выбила хлипкие ворота вместе со столбами, на которых они держались. Заодно похоронив двоих людоедов, проехав по ним. Тридцать тонн своих, плюс то, что ещё навесил Клёнов на вездеход, короче от людоедов остался тонкий слой. Во дворе находилось ещё трое, все вооруженные автоматами. Двое начали судорожно дёргать предохранители на автоматах, третий побежал докладывать, но чья-то тупая рожа уже выглядывала из окна первого этажа самого большого барака, из трубы которого валил дым.
Наташа не оставила бедолагам ни единого шанса и раскатала их гусеницами провернувшись несколько раз вокруг своей оси. Третий практически уже нырнул в сарай, когда Клёнов пустил за ним длинную очередь. Дверь разнесло в щепки, солдатика тоже. Также деревянные стены барака загорелись от зажигательных патронов в нескольких местах. Начался пожар. Наташа поставила вездеход параллельно бараку, и Кроха вместе с Клёновым просто срезали его под самый фундамент. Такого приветствия никто из людоедов не ожидал. Отстрелявшись, пулемётчики и пулемётчицы оставили стволы пулемётов остывать. Из-под обломков начали подниматься уцелевшие. Всего их нашлось четверо, остальных оказалось восемнадцать вместе с теми, что стояли на воротах. Жирного Обжоры среди них не нашли.
— Тащите их сюда, — отдал приказ Мамонт своим амазонкам. Клёнов остался в пулемётном гнезде, а остальные сорвались за людоедами. Хорошенько поискав, они нашли ещё двоих. Но опять же среди них не нашлось Обжоры.
— Шестеро, — Наташа вернулась к Мамонту. — Жирного не видно. Может он в бункере?
— Хороший вопрос, но до меня только недавно дошло, что они туда не смогли попасть. Коды доступа здесь! — лейтенант постучал себя по лбу.
— Ну ты и тормоз, Серёжа, — восхитилась Наташа. — Ты даже на роль банщика не годишься.
— Но-но, женщина. Это была военная хитрость, понимать надо! — быстро нашёлся Мамонт.
— Раз так, то да. Сдаётся мне, ты весь сама хитрость. Такая медленная, медленная хитрость. Ты не в Эстонии родился, дружок? — сморщила носик Наташа.
— Нет и ни разу там не был. Обыскали соседние бараки? — спросил Мамонт.
— А ты чего сам без дела стоишь? — огрызнулась Наташа.
— Я знамя, командир и вообще полководец.
— Сейчас, ваше сиятельство, не изволь беспокоиться, — Наташа шутливо поклонилась и попятилась к бараку. Но её опередила Кроха и начала жутко ругаться. Мамонт не выдержал и побежал туда.
— Ещё партия заключённых. То есть пленных. На этот раз и мужики есть, — улыбнулась Кроха.
Они зашли в барак без стёкол. На стенах устроился толстый лёд, внутри снег достигал нижней рамы. В дальнем углу, куда не проник снег сбившись в одну кучу, ютились люди. Снаружи виднелись два мужика прикрывая своими телами по всей видимости женщин. Об одежде даже говорить не стоило. Её практически не было, одна рвань.
— Петрович, свои! — радостно закричала Марина и бросилась обниматься с красномордым пожилым человеком. — Сосед мой, живой! — Она повернулась к остальным делясь своей радостью.
— Да вот… холодно, — еле шевеля губами поведал о своих ощущениях Петрович.
— Представляю, потерпи. Мамонт, можно их отправить также туда? На базу, — Марина умоляюще посмотрела на лейтенанта.
— Можно, Кроха, сделай. Там разберёмся, а то от них сосульки одни останутся.
— Удивительно как выжили, на улице минус двадцать градусов и жуткий ветер, — пробормотал Кощей. Кроха сгоняла в вездеход и забрала артефакт. Разложив его перед пленниками, она по одному начала их запихивать в портал. Марина бросилась помогать. Наташа и Лида охраняли. Мамонт вышел во двор и увидел картину. Солдаты тащили огромного детину, связанного верёвками как медведя, его удерживали на распорках как минимум пятеро. Остальные держали под прицелом шестерых людоедов.
— Так, так, Обжора по всей видимости? — Мамонт рассматривал живую гору. Выше двух метров, весил он по прикидкам гораздо больше заявленных ста сорока килограмм. Стоп! А где его хвалёная способность? — Чего он молчит? Придуряется?
— Нет, начальник. Я ему в голову выстрелил, но так чисто по касательной. Он упал и завизжал как свинья, — Федотов показал рану на голове Обжоры. В самом деле очень аккуратный выстрел, сам Мамонт на такое не был способен. Пуля прошла вскользь по черепу прочертив глубокую борозду. Обжора мычал не в силах ничего сказать. — Он в шоке, Мамонт. Его бы добить надо, а то придёт в себя командовать начнёт.