Слезы струились по лицу девушки; под конец Пайпер закричала и замолотила кулачками по подлокотникам молельного кресла.

Это придало ей силы и энергии.

Она делала все, что было в ее силах. Почти каждую ночь. Она молилась об одном: чтобы ее усилия, равно как и усилия сотен и тысяч таких же, как она, спасли истерзанную Землю.

Когда девушка вышла из узенькой кабинки, церковь почти опустела. Вечерняя служба закончилась. Лишь несколько прихожан сидели на скамьях и таращились на огромный экран, на котором клубились белоснежные облака и накатывались на коричневый берег могучие синие волны. Время от времени появлялся вращающийся знак ин-янь, символизируя цикличную природу жизни.

Пайпер соединила пальцы, изображая земной шар, после чего поклонилась и пошла к выходу.

Священник в одеянии из четырех кардинальских цветов – белом, голубом, коричневом и зеленом – поджидал ее у дверей церкви. Его называли отец Джон, так же как и всех остальных служителей «Церкви Единой Земли». Пайпер не знала его настоящего имени, но это не играло никакой роли.

Отец сложил руки в форме шара и поклонился. Девушка ответила тем же.

– Сегодня вечером состоится особое собрание, – негромко произнес отец Джон.– Братья просят тебя прийти.

Сообщение ее не удивило.

Любой человек, обладающий какими-либо способностями, пользовался спросом в плексе Ньюарка. Слишком много появилось ненужных и никчемных людей. Они так и назывались: «Лишние люди». Особая встреча, на которую приглашал ее отец Джон, будет, вне всякого сомнения, очередным собранием «Нижней волны» – местной ячейки международной организации под названием «Зеленые-4800». «Нижняя волна» отчаянно нуждалась в декерах. Люди с опытом и образованием Пайпер ценились на вес золота. Девушка поклонилась и почтительно произнесла:

– Простите меня, отец, но сегодня я прийти не смогу.

– Надеюсь, что в сердце твоем ничего не изменилось.

– Ну конечно же нет! – Пайпер едва не обиделась. – Просто я должна заняться другими делами.

– Какие могут быть дела, если речь идет о спасении Земли?

С этим было трудно спорить, тем более что отец Джон все равно бы ее не понял. Жизнь состоит из множества обязательств. Одно из них может быть основным, но и остальные нельзя игнорировать. Ей нужны деньги, хотя бы для того, чтобы есть и быть в состоянии продолжать свое дело.

– Это очень трудно. – Пайпер поклонилась еще раз. – Разумеется, вы правы. Жаль, что не могу вам всего объяснить. Это моя вина. Только моя. Прошу вас, простите меня.

Отец Джон задумался, потом кивнул:

– Полагаю, мы можем рассчитывать на тебя в будущем?

– Конечно. – Девушка склонила голову, стараясь скрыть свое раздражение. Похоже, отец Джон решил дать ей прочувствовать всю тяжесть ее проступка. Разумеется, ему не стоит рассчитывать на нее в будущем. Она проработала с «Нижней волной» более года. Пайпер обладала большим опытом антикорпоративной деятельности, чем любой другой человек в группе.

К несчастью, она уже привыкла к подобным разговорам. Привыкла к тому, что люди говорят с ней требовательно и грубо. Привыкла общаться с чванливыми эгоистами, которые уверены в том, что, если что-то хорошо для них, оно же хорошо и для всего человечества. Она и на чайные церемонии ходила только для того, чтобы напомнить себе, что остались еще в мире элементарно воспитанные люди.

– Додзе гомен кудасай(Извините, пожалуйста (яп .).), – произнесла Пайпер извиняющимся тоном, поклонилась и сложила руки шаром. – Мне надо идти, отец. Всего доброго.

Отец Джон поклонился и сложил руки шаром.

– Доброй ночи.

Снаружи было многолюдно. По тротуарам текли толпы народа. Узкая проезжая часть не справлялась с транспортным потоком. Сияющие неоновые и лазерные вывески на японском и других восточных языках карабкались по стенам домов, начинаясь от самого тротуара и заканчиваясь на высоте девятого-десятого этажей. Пайпер прошла квартал и остановилась на перекрестке Кастер-авеню.

Неожиданно человек в яркой красной куртке якудзы Хонджовары ступил на проезжую часть дороги, оглушительно засвистел в свисток и раскинул руки, останавливая движение. Машины замерли. Поравнявшись с человеком в красно-черной куртке, некоторые прохожие принимались громко прославлять Хонджовару-гуми.

– Домо аригато(Спасибо (яп .).), – отвечал он, вежливо кланяясь в ответ на приветствия.

Пайпер знала, что якудзы – свирепые и безжалостные бандиты, думающие, однако, о своем реноме.

Хонджовара-гуми превратил этот район Сектора-6, Малую Азию, в один из самых безопасных уголков плекса. Бандиты взяли на себя охрану общественного порядка и не допускали преступлений в отношении простых горожан. Другие шайки и разрозненные преступники пересекали территорию района на собственный страх и риск.