Шрифт:
— Нет, спасибо. — Она и без того чувствовала себя пьяной. Пьяной вдребезги.
— А будущей мамочке дадим лимонаду. — Рипли наполнила стакан. — Нелл, сядь, ради бога. Ты заставляешь меня нервничать.
— Я думаю, мы должны спуститься и посмотреть, что они делают.
— Пусть играют в свои игрушки. — Рипли беспокойно расхаживала по веранде. Мак и другие мужчины понесли на пляж оборудование. Даже сейчас она слышала гудки и пощелкивание.
— Там были жутко сильные чары. Что ты чувствовала?
Майя лениво и самодовольно улыбнулась.
— Лучше не спрашивай. Я испытала сильнейшее возбуждение. Впрочем, это всегда заставляет меня желать еще большего.
— Я тебя понимаю. Сегодня ночью Зак будет очень счастлив. — Нелл фыркнула, но тут же остановилась. — Как можно стоять здесь, смеяться и говорить о сексе? Майя, это было потрясающе. Мы не могли к тебе спуститься. Твой ветер налетел как торнадо.
— Легкий летний ветер тут был бы бесполезен. И вы помогли мне. Я вас чувствовала. — Майя взялась за перила, высунулась наружу и посмотрела на небо. — Казалось, внутри меня бились тысячи сердец, в мозгу звучали тысячи голосов. И каждая клетка, каждый мускул, каждая капля крови были полны жизни. Когда он посмотрел на меня… — Она вернулась на веранду. — Когда он смотрел на меня, это было страшно.
— Может быть, с ним покончено? — сказала Нелл.
Майя покачала головой.
— Еще нет.
— Ну, покончено или нет, не знаю, но могу сказать только одно. — Рипли опорожнила стакан. — Мне и в голову не приходило, что ты обладаешь такой силой. А ведь я знаю тебя всю жизнь. После этого вечера я стала лучше понимать, почему ты такая разборчивая и осторожная. Вокруг слишком много горючего материала.
— Это комплимент?
— Просто констатация факта. И предупреждение. В следующий раз дождись нас. О'кей. — Она взяла со стола три бутылки. — Все, игра окончена. Посмотрим, чем там занимаются Мак и его дружки.
Весь пляж был усеян сенсорами и мониторами; повсюду тянулись провода. Мак сидел на земле и барабанил по клавиатуре ноутбука.
Конечно, переноска приборов вниз и их установка в местах, указанных Маком, сделали свое дело. Но до полного успокоения Сэму было еще далеко.
— Послушай, аппаратура у тебя классная, но, ради бога, что она делает?
— Измеряет. Проводит тригонометрическую съемку. Документирует. — Мак нажал несколько клавиш, потом прищурился и сквозь очки посмотрел на экран ближайшего монитора. — Проклятие, жаль, что я не успел заснять это на камеру. Я оцениваю высоту волны в двадцать футов. Но это был взгляд сверху.
— Двадцать — это минимум, — миролюбиво ответил Сэм. — Правда, я смотрел на нее снизу.
— Гм-м. Угу… — Мак уставился на термометр. — Лучше скажи, какая была температура окружающей среды в самый разгар событий.
Сэм посмотрел на Зака, но тот только пожал плечами.
— Температура окружающей среды? О господи! Было жарко.
— А жар был сухой или влажный? — спросил Зак, заставив Сэма рассмеяться.
— Это имеет значение. — Мак сдвинул очки на лоб и нахмурился. — Температура среды, окружающей отрицательную энергию, снижается. Становится холодно. Чтобы восстановить и рассчитать столкновение ионов и определить направление силы, мне нужно объективно оценить состояние среды.
— Было жарко, — повторил Сэм. — Проклятие, я колдун, а не метеоролог!
— Очень смешно. А теперь возьми этот сенсор и сними показания в том месте, куда угодила шаровая молния… Уй! — Когда один из приборов зажужжал как шмель, Мак вскочил и споткнулся о провод. Он нагнулся, пытаясь освободиться, но тут увидел трех женщин, спускавшихся по лестнице.
— Ну вот. Я так и знал. — Мак кивнул им и наклонился к экрану.
— Я собираюсь взглянуть на пещеру, — сообщила Маку Нелл. — И помочь, если смогу.
Он что- то буркнул и поманил пальцем Майю. Та с улыбкой подошла и остановилась, когда Мак поднял руку.
— Ну и ну, малышка. Ты только глянь сюда. Это феноменально. Ты применяешь какие-то внутренние чары? Что-то делаешь с собой?
— В данный момент нет.
— Твои показатели зашкаливают. У тебя всегда был высокий уровень, даже в состоянии покоя, но сегодня ты превзошла себя. Постой минутку. Я хочу снять жизненно важные параметры.
Он измерил ей давление, температуру и пульс. Когда вокруг собрались остальные члены группы, Мак изучал длину волны ее мозгового излучения.
— Как ты это делаешь? — на сей раз спокойно и серьезно спросил он.
Майя наклонилась и, передразнивая его тон, деловито спросила:
— Что именно, профессор?
— Уровень адреналина в твоей крови сейчас такой же, как у человека, прыгающего с высочайшего утеса. Но все твои жизненно важные показатели в норме. Ты уже десять минут сидишь здесь, холодная как лед.
— Просто я умею владеть собой… Ну, друзья мои, вечер был замечательный, но мне пора. — Она грациозно встала и стряхнула с подола песок. — Завтра у меня трудный день.