Александр
Шрифт:
Зару почему-то стало совершенно ясно, что толстяк заранее знал о его приходе. Вполне возможно, что и само застолье было организованно именно для него. Значит, игра уже началась? Чего же они ждут? Твоих действий?
Молчание затягивалось и настораживало. Надо было чем-то заполнить паузу.
– Я был в городе, – с трудом припоминая аншанские слова, выговорил Зар. – Вот, зашел посмотреть, есть ли живые. Как здоровье, Сраош?
Тот, что был похож на Сраоша, по-прежнему сидел с идиотской, как у вновь обращенного сектанта, улыбкой и бессмысленно пялился на свои руки. Он ничего не ответил.
Какой же у тебя нездоровый вид, приятель, – хотел сказать Зар, но удержался. Разыгрывать из себя наивного придурка не было надобности. еще немного – и, если это в самом деле дэвы, то они сами себя непременно выдадут. Парень, похожий на Сраоша, запросто может оказаться маленьким уродцем Хешем. А может статься, что Хеш прячется в этом ухмыляющемся борове?
– Садись, гость! – неожиданно предложил толстяк.
Голос у него был высокий, как у женщины, но какой-то механический. Единственной его характерной интонацией была преувеличенная любезность. Таким голосом в метро сообщают названия очередных станций. Этот тон никак не вязался с мерзкой ухмылкой.
(Так говорит человек, управляемый дэвами.)
– Беда миновала, – вежливо сообщил толстяк. – Мы празднуем.
Слова эти прозвучали до крайности малоубедительно, как и тон, которым произносились. Если на них и возможно было как-то реагировать, то только внешне. Зар не придал значения ни единому слову, сочтя их полнейшим бредом, но на всякий случай неопределенно хмыкнул.
Толстяк указал на свободный табурет. Зар кивнул, но, прежде чем сесть, обошел Сраоша, выглянул на террасу. Может, толстый незнакомец сочтет этот жест неучтивым, – плевать. На первом месте безопасность.
Терраса была широкой и простиралась до конца стены. Слева ее ограничивал каменный парапет, справа в стене зиял проем. Никого на террасе не было.
Зар вернулся к столу, отодвинул табурет ногой и присел, уперев меч в каменную плиту.
От всего вокруг веяло неправильностью и духом зараженного Аншана. Пустые залы. Застарелый, нежилой запах. Тишина. Унылые сквозняки. И тут это скучное, какое-то несуразное застолье.
– Ешь-пей, гость, – предложил толстяк и тут же неестественно быстро развернулся к столу. Он пододвинул к Зару глиняную чашу, плеснул из кувшина красно-бурой жидкости. Зар обратил внимание, что фалды его рукавов обшиты золотом и украшены драгоценными камнями.
Пора брать инициативу в свои руки. Решительно вздохнув, Зар спросил:
– Что с ним? – Он кивнул на Сраоша. – Почему сам на себя не похож?
Вытянутая рука застыла. Зар смог внимательно рассмотреть крупный рубин, обрамленный несколькими поменьше. Кто в Аншане может носить такие роскошные наряды? Уж не царский ли жрец?
Думая над ответом, толстяк смотрел стеклянным взглядом в никуда. Наконец он поставил кувшин на место.
– Не обращай внимания, гость, – сказал он. – Твой друг немного устал. Была битва, и мы победили. Празднуй с нами.
Зару даже показалось, что в конце этой тирады послышался щелчок, – словно выключилась запись, но это, конечно, было только игрой воображения.
– Какая еще битва? – спросил Зар, отодвигая чашу.
– Большая битва, – подтвердил толстяк. Налив себе до краев, он стал пить. Вино забулькало в горле.
Тянут время, – смутно осознал Зар. Он почти не сомневался, что подозрительный толстяк – никто иной, как Нахат. Одна из «трех точек». Та самая, которую он должен уничтожить. Вернее – нейтрализовать. Попросту – заколоть мечом. И это можно сделать прямо сейчас, особо не утруждаясь и даже не вставая с табурета. Всего лишь одно движение – и человечество спасено. Неужто так просто? Зар мысленно сопоставил суммарную длину собственной руки и клинка с расстоянием от своего плеча до головы жреца.
(РРРААЗЗЗ!..)
Сердце забилось чаще, а разум тут же пронзила игла сомнения: разве дэвы могут быть настолько тупы, чтобы не предусмотреть этот вариант? Ведь это они все устроили. Или ты веришь в то, что эти двое полоумных сидят за этим столом и мелют всякую чушь по собственной воле? В таком случае каким образом может угрожать миру этот толстяк? И главное: до сих пор неясно, кто справа – Сраош или всего лишь его оболочка? Ну-ка, попробуй сначала попробуй разгадать этот ребус.
– Послушай, Сраош, – обратился Зар по-русски. – Помнишь, как мы с тобой расстались? Что произошло после того?
Сраош поднял рассеянный взгляд. Лоб его слегка наморщился, лицо напряглось, улыбка начала таять. Он пытался вспомнить. Это длилось несколько секунд. Затем по лицу прошла тень, и оно приобрело прежнее отрешенное выражение. Голова застыла вполоборота.
Только не горячись, приказал себе мысленно Зар, чувствуя, как начинает злиться.
Так, так, так… «Была большая битва?.. Твой друг немного устал…»
Нет, это какая-то бессмыслица. Бред сумасшедшего! Перед тобой просто две куклы. В которых вложили всего лишь по нескольку фраз. Они не в состоянии сказать что-то осмысленное.