Шрифт:
— Ну так же нельзя! — Вскипел Роман. — За это надо наказывать!
— Добро пожаловать во взрослую жизнь, — усмехнулся я.
Как он умудрился то дожить до этих лет с таким отношением к жизни?! Хотя, он же из провинции. Там взаимоотношения должны быть попроще чем здесь в столице. Наивнее.
Но как он два года проучился в этом академическом серпентарии и не огрубел душой? Загадка загадок.
От дальнейшего глупого разговора меня спас половой, принесший мой заказ, и мы с полчаса просто ели, негласно заключив пакт о том, что разговоры о дуэли потом.
Колбаски, кстати, были выше всяких похвал. Нежное, рубленное мясо, поджаренное на углях, все еще скворчало на деревянной тарелке. К колбаскам были поданы соленья в виде квашенной капусты и трех соленых огурчиков. Завершал этот натюрморт здоровенный кусок мягкого ржаного хлеба. Самое то чтобы утолить голод, но без переедания.
Перед Силаковским, когда я только зашел, и так стояли несколько блюд, которые он теперь с аппетитом уплетал. Правда, пива он не пил, довольствуясь квасом. Ответственно относиться к роли секунданта.
Я регулярно поглядывал на часы и за час до назначенного срока, мы расплатившись вышли. Неторопливо прошлись до полигона.
Мать моя женщина!
Нет, у меня было подозрение, что эта дуэль привлечет внимание, но что бы настолько!
В ворота, ведущие на полигон, вливалась река из человеческих тел. Кого тут только не было.
И студенты всех курсов, поблескивающих своими значками, и празднично одетые аристократы, и простолюдины, проходящие говорливыми группами и поодиночке.
На самом полигоне, на трибунах амфитеатра, яблоку негде было упасть. Такое ощущение, что тут собрался если не весь Тир, то точно его добрая половина. Я-то думал, что на моей прошлой дуэли было много народу и теперь только понял, как я ошибался.
Интересно, откуда они все узнали. Ну ладно студенты, в среде которых новости разлетаются как горячие пирожки в обед. Но аристо… Простолюдины… Откуда?!
Я поискал глазами этой шумной толпе Разумовскую.
Ага… Вот она. Сидит в центральной ложе рядом с Рудым.
Резников и Никонов тоже там. Так же, как и большая группа магов — судя по всему, сотрудников и преподавателей Академии.
Резников поймал мой взгляд и подмигнул.
Вот дьявол. Похоже он не зря настоял на том, чтобы дуэль состоялась не на следующий день. Ох не зря.
— Ну, что теперь? — Спросил я у Ромы.
— Ждем, когда выйдет распорядитель.
Я кивнул и снова бросил взгляд на центральную ложу. Странно. А куда делся Резников с Никоновым?
Я заметался взглядом по рядам.
— Гляди. Тут этот урод Старский, — Силаковский привлек мое внимание толчком в плечо. — С сыночком из-за которого весь этот сыр бор.
— Где?
— Вот же, — я посмотрел в направлении, которое указал Роман.
Ага. Как же они могли не прийти! Вот, детеныш Старский со зверской рожей смотрит на меня и усмехается. Выпустили что ли уже из карцера?
А этот высокий и седой мужик с лицом словно высохшая груша сам глава Рода?
Маг огня, четвертого ранга. Серьезно?!
Не удивительно, что он нанял бретера. Самому вызвать на дуэль слабо? И Рудой не велит и кишка тонка?
Ну, что ж. Это упрощает.
Рудой же велел передать ему, что бы он не предпринимал действий в мою сторону? А мне-то ректор ничего не говорил! У меня руки то развязаны.
Я встретился глазами со старшим Старским, подмигнул ему с самой мерзкой ухмылкой, но он никак не отреагировал. Сидел в расслабленной позе, сложив руки на трости и смотрел на меня как на вошь.
Ну-ну.
В этот момент публика в возбуждении заревела.
— Смотри! — Привлек мое внимание Силаковский. — Распорядитель!
Я оглянулся на поле. Там лениво шел Резников в своей неизменной синей хламиде.
Что? Он распорядитель?!
Олег Федорович встал в центре полигона. Осмотрелся и над всеми раздался его усиленный магией голос:
— Добрый день, уважаемые граждане города. Сегодня мы собрались здесь по поводу смертельной дуэли между нашими студентами — студентом первого курса графом Демидовым и студентом четвертого курса боевого факультета, бароном Дудкой. Прошу выйти участников сего события, а также их секундантов.