Александр
Шрифт:
Ханра взвыл, – Зар тут же изменил угол меча, создал блок и вслед за этим, взмахнув ногами, ушел от страшного вихревого выброса, от которого тяжело толкнулась крыша.
Закричала Елена. Зар позволил себе бросить мимолетный взгляд на соперника. Одна рука Ханры была свободна, другой он удерживал Елену и прижимал ее к себе, укрываясь, как щитом; в крыше была выбита огромная дыра.
Зар почувствовал на себе взгляд Ханры, – значит, Митра оставлен без присмотра и сможет нанести ответный удар, если уцелел…
Зар вскочил на колени. Следующим движением он должен был вспрыгнуть на ноги, но толчок воздуха сбил его. Зар грохнулся назад и оказался между двух жаб. Монстры уже воспрянули и угрожающе двинулись на него. Зар рефлекторно рубанул одну из жаб. Меч со звоном отскочил, не причинив жабе вреда.
В одно мгновенье Зар оказался на ногах. Ханра снова терзал старика. Зар понимал, что это не материальный Митра, а всего лишь одно из его тел, но все равно вид беспощадно истязаемого кокона заставил содрогнуться.
Зар ударил по второй жабе. Та, развернувшись, долбанула лапой, – Зар ушел от удара.
Из тесного пространства между жабами было только два выхода – вперед и назад. Зар ринулся вперед. Встретился глазами с Еленой, – теперь в них была решительность, – девушка стремилась высвободиться из железной хватки Ханры, – царевич держал руку вытянутой в направлении Митры, при этом не сводил взгляда с Зара.
Возможность открылась как раз в то мгновение, когда Зар был в трех шагах от «привратников». Пытаясь вырваться, Елена резко присела и закрыла собой Ханру, зато голова, шея и плечи его открылись для удара.
Зар не позволил себе потерять целую секунду на прыжок и удар: за это время ситуация могла бы полностью измениться: Елена подняла бы голову, Ханра швырнул бы смерч, жабы накинулись бы сзади, Митра не выдержал бы и ударил огнем.
Поэтому Зар метнул меч, вернее погнутую и затупленную о спины жаб полосу меди.
Развернувшись дважды в воздухе, полоса врезалась Ханре в переносицу.
Прекрасное лицо царевича вогнулось внутрь, разделившись на две части. Голова резко качнулась назад. Меч тяжело соскользнул за плечо Ханры.
Не останавливаясь, Зар подскочил к девушке, схватил за рубаху, упер ногу в самый край заваливаясь вправо, намереваясь совершить маневр с ее центром тяжести. Ханра уже падал, Елена за ним. Зар. Используя инерцию падения, изменил его направление, довершил разворот и, падая, бросил Елену на себя.
Тут же пихнул ее влево, подальше от края и лишь в последний момент сообразил, что толкает девушку буквально в пасть одной из жаб.
В следующий миг над ним нависло окровавленное лицо Ханры. Зар успел увидеть разорванную губу и сломанные зубы, и тут на него нахлынула темнота.
Провалившись в темноту, Зар окончательно утратил ориентацию. Воля Ханры стала неудержимо овладевать его сознанием, опутывать тело своими сетями. Зар чувствовал, как что-то куда-то начало перемещаться внутри: то ползло от головы к ногам, то взметалось обратно; по телу змеились внутренние потоки.
Зара охватило жгучее, неприятное ощущение, будто Ханра бесцеремонно роется в нем своей окровавленной когтистой лапой – ищет то, что ему надо.
Какая-то часть разума пыталась сопротивляться этому, другая просто безвольно следила за происходящим.
Пустота впереди стала приобретать форму, видоизменяться, окрашиваться то в один цвет, то в другой. Внезапно Зар осознал, что он давно уже видит глаза Ханры – холодные, равнодушные. Они были где-то далеко, но вместе с тем и близко. Ханра смотрел тяжелым, немигающим взглядом. Это были глаза неземной твари. В них не было ни ярости голодного зверя, ни трезвого коварства врага. Они смотрели тупо и бдительно. Это был совсем не тот Ханра, который являлся в кошмарах, грязно бранился, требовал прикончить Митру и угрожал завербовать в свои слуги Зарова не рожденного еще брата. Нет. Это было бестелесное сверхъестественное существо, пришелец из далекой, чужой, неизвестной вселенной. Это был Манью. Он явился за твоим огнем, чтобы с помощью него проникнуть в человеческий мир. И он всерьез собрался его взять. Тут Зар заметил, что ему действительно становится жарко, как бывало, когда зарождается большое пламя. Между тем все происходило не так, как всегда.
Огонь будто вытягивался из внутренних пор. Зар не понимал, как Ханра это делает, и от этого его охватил приступ внезапного ужаса. Один за другим в теле в теле начали вспыхивать жгучие огоньки. Зар заскрежетал зубами, напрягся, силясь сбросить с себя навалившегося монстра, но тот только сильнее всасывался во внутреннее пространство. Манью знал, что делает. Он не собирался отступать. Своим коварным воздействием он возбудил материю, из которой состоял Зар. Всколыхнул все Зарово существо, намереваясь взять то, что ему причитается.